Дары Юрхама

Свет, вошедшей в полную силу Чрвены придавал обломкам здания еще более жуткий вид, а лицам встречающих, на которых читалось выражение нарастающей паники, нездоровый оттенок.

Эверинца со спутницей на руках ждали в полной тишине еще двое. Если смотреть на форму – тоже братья по оружию, хотя на первый взгляд и не скажешь, что на них можно легко положиться. Черноволосый парнишка из лиртеков, что был на вид чуть постарше больной девочки, не скрывал удивления, открыв рот, и не меньше озадаченная таким появлением девушка, чьи рыжие заостренные уши с кисточками и нервно подергивающийся на песке пятнистый, как у каракала, хвост выдавали в хозяйке фартима.

Неизвестно сколько по времени бы длилась немая сцена, но оглушающую тишину пустыни нарушил протяжный писк датчиков. Все огоньки на них загорелись красным, а звук после короткой паузы вновь разнесся по всей округе. Девочка захрипела, и эверинец быстро опустился на одно колено и, пытаясь ее не уронить, уселся на песок. Девушка, сбросив оцепенение, подбежала к мужчине:

- Джен, что случилось? – взволнованно шептала она, будто боясь привести в чувство застывшую в шатре охрану.

- Почему она здесь?

В ответ ей прозвучало уже два подряд длинных звуковых сигнала. Ребенок начал дышать чаще и невидящим взглядом искать своего спутника где-то за соседним барханом. Эверинец расстегнул молнию небольшого кармана на предплечье и достал очень тонкий шприц с красной жидкостью в прозрачной упаковке. Разорвал ее зубами и воткнул иглу в пухлую емкость, в который уже начал темнеть газ.

Тот в ответ заклубился, начиная возвращать себе привычный белый цвет, и когда последняя капля жидкости была введена, система издала очередной двойной сигнал и окрасила все лампочки на датчиках в зеленый. Девочка судорожно вздохнула, затем еще раз и приведя дыхание в порядок, уткнулась лбом в грудь спасителя, закрыв глаза.

- Потому что они решили вместо школы отправить ее в лаборатории Товера, - тихим хриплым голосом сказал эверениец, аккуратно, вытирая ладонью капли пота со лба девочки.

- Лаборатории? Какие еще… – подал голос парнишка, но осознав, что каждое слово разлетается в тишине далеко за пределы храма, вдруг перешел на шепот и, подойдя ближе, присел на корточки. – О, Джен, я не понимаю. Ты уверял нас, что у нее открывается дар. Она, вон, еле дышит уже.

- И давно бы открылся, - отвечал эверинец, укутывая тонким шерстным пледом ребенка, который достала из своей небольшой сумки девушка. — Да только другая сила мешает. Вот она и тает на глазах.