Последняя проклятая луна

Весь этот долгий разговор не отменяет того, насколько плохо я себя чувствую. И чем он ближе, тем мне хуже. Поэтому, от его прикосновения мне должно полегчать, будь я смертной, но лишь дурнеет. Подавив желание скрючиться, потому что сейчас я чувствую покалывание сотни игл, там, где пальцы касаются моей кожи, усилием воли расслабляю лицо и открыв глаза смотрю в его.

«Надо отойди, срочно!»

- Спасибо, - произношу я шепотом, а затем отпускаю одежду служителя и немного отступаю назад. – Простите меня, Эльван де Дью.

Я … я была не в себе, от страха, от горя, но вы все исправили. Ох, ещё и так фамильярно с Вами говорила!

- Прошу, … - он замолкает, ведь не знает, как ко мне обратиться.

- Оливия.

- Оливия, - повторяет он, словно завараженный. – Прошу вас, Оливия, не вините себя ни в чем. Вы были напуганы, встретили мужчину ночью, в подворотне и не знали чего ожидать. Даже славно, что мы встретились, я могу вас проводить до дома, а по дороге мы поговорим, согласны? Где вы живете?

- В Логдрберге, - сразу же вру я.

– Мы здесь проездом, едем к моей младшей сестре на свадьбу.

- А тогда где остановились?

- Здесь недалеко, в гостинице, ниже по улице. Я шла в трактир, потому что в ближайшей таверне его не было.

- Тогда пойдемте.

Он пропускает меня вперед и первые несколько шагов мы делаем в тишине, а после жрец нарушает её и начинает свою проповедь. Из всех его слов, я подчеркнула для себя лишь эти, и лишний раз разочаровалась в учении солнечного бога:

- А касательного того инцидента, что произошел между вами, того, к сожалению, в некоторых мужах, даже в самых благородных, иногда слишком сильно начало Гаскара, покровителя воинов.

Конечно, это ужасно, но, к сожалению случается. Но как завешал всемогущий Сол, что всю жизнь боролся за правду и мир с братом Варгеном: «В споре всегда сокрыта истина, а тот, кто ранит ближнего первым, делает лишь потому, что любит оного».

«Мне кажется, или он только что сказал мне, что подобное в порядке вещей?!»

Но тут он, видимо замечает, как меня поразил его ответ и решает поговорить еще:

- На самом деле, некоторое время назад, когда я был ещё ребенком и даже не думал ступить на путь служения, муж моей матери был не в восторге от моих способностей.

Тогда, он считал, что все это происки злых сил и думал, что … может выбить это из меня, - жрец рассказывает это так аккуратно, что понятно, что это все ещё мучает его.