Маришка Тёмная ведьма

И если болотная ведьма оказалась вполне живой и настоящей, то отчего бы не быть и ведьмам-перевертышам?» - думала Маришка, в то время как босые ноги несли ее туда, где сушилось белье, а руки по дороге захватили плетеную корзинку и начали собирать с веревок вещи.

Тучи и правда готовились пролиться дождем. Они висели над лесом тяжелые, набрякшие, словно тесто, убежавшее из кадушки нерадивой хозяйки. Маришка запрокинула голову назад и почувствовала первые мелкие капли на лице. Конечно, сама она и так была мокрой, но, пока одежда в корзинке ещё была сухой, следовало поспешить вернуться в дом.

И она побежала, сверкая босыми пятками. Ворвавшись в комнату, ведьмочка увидела Кассиопею.

- Как Михаэль? – с порога спросила она.

-Живой, - ответила та, вымученно улыбаясь.

Только тут Маришка заметила темные круги, что залегли под глазами хозяйки дома, и поняла, что время уже близится к обеду. Просто черные тучи, затянувшие небо, не давали солнечным лучам пробиться на землю. А значит, Кассиопея просидела без сна всю ночь и утро.

- Вам, наверное, нужно поспать, - неуверенно посоветовала Маришка.

- Успею выспаться. Дай только дождаться, когда змей встанет, чтобы я могла выпроводить его из своей постели, - проговорила она со смешинками в уставших глазах.

- Но он же может там и несколько дней проваляться! – в недоумении воскликнула Маришка. - Вы что же, всё это время спать не будете?

- Кто это будет валяться? -в дверях появился помятый и потрепанный, но совершенно точно не умирающий и, по обыкновению, полуголый змей.

Маришка так обрадовалась ему, что готова была сорваться и броситься обнимать. Но тут что-то смутило ее.

- А почему он сухой?

- Ты проводник, ты и получаешь отдачу, - ответила ведьма.

- Чудесно, - буркнула Маришка и передумала обниматься.

- Что решили с дверью делать, ведьмы?

- Зависит от того, о чем ты нам поведаешь, - ответила Кассиопея.

За окном зашумел дождь, а в дверь поскреблись. В дом просились промокшие сколопендры.

- Михаэль, открой, пожалуйста, - устало попросила белая богиня.

Но Маришке подумалось, что теперь она меньше всего походит на мраморную статую, скорее на обычную женщину. – А ты, Маришка, пойди переоденься.

Два раза просить было не нужно, она скользнула за дверь, прихватив корзинку с сухим бельем. В комнате у ведьмы гостья была впервые, а потому, быстро переодевшись в сухое, стала рассматривать стены, на которых были начертаны разные знаки. Некоторые Маришке показались знакомыми, какие-то она видела впервые.