Двуликая

Это было счастливое время, но… Потом ей пришлось уехать сюда к дяде, а меня отправили в Питер, на родину отца. Мне было десять. Тетя Эрика взяла меня под опеку и старалась заниматься моим воспитанием, но я так и не смогла наладить с кем-либо отношения, мне было хорошо одной. Хотя порой было ужасно тоскливо... А не так давно меня словно прорвало – тянусь к хорошему расположению, как растение к солнцу, – Элли окинула взглядом небосвод. Облака густой ватой облепили всю поверхность, не позволяя пробиться даже закатным лучам солнца.

“Кажется, скоро пойдет дождь…” – девушка ощутила, как ее охватывает странная грусть, на грани с болью. Как будто она вот-вот утратит нечто очень важное.

– Быть одной тяжело, всегда нужен человек, который смог бы понять и поддержать. Не представляю, как ты смогла выдержать столько времени в чужой тебе стране, в одиночестве… – Винсент неловко коснулся ладонью ее плеча.

Элли хотелось понимания, потому его слова теплом прошлись по сердцу.

“Он никогда не поймет тебя по-настоящему.

Никогда, милая Нора. Он просто наивный человек, клюнувший на красивую картинку. Лучше остерегайся чувств к нему. Ведь он слабее даже Ихтиандра…” – ядовитый голосок неуверенности проскользнул в ее душу, опаляя разум страхом.

– Мне пришлось быстро вырасти. Стать самостоятельной, – Нора обхватила себя руками, чтобы закрыться от этого гнетущего ощущения. Она боялась поддаться наваждению и снова убежать от возможности сблизиться с кем-то, потому говорила быстро и немного сбивчиво, – я нахожу утешение в музыке и живописи.

.. Знаешь, даже будь мы до сих пор во Франции, я бы не смогла стать душой компании. Дело в … – девушка осеклась. Внезапно ей в голову пришла простая и одновременно безумная мысль.

“Я расскажу ему, кем являюсь. Прямо сегодня, без утайки. Чтобы не обжечься потом, когда чувства смогут сыграть со мной злую шутку. Так будет правильно!”

“Спятила?! Ты из ума выжила, да кто он такой, чтобы раскрывать ему правду?! Вспомни слова Матильды: чем меньше людей знают о магии, тем лучше и безопаснее.

Не смей!”

“Если что-то пойдет не так, я сотру ему память. И больше мы не увидимся…” – от этой мысли Норе стало некомфортно и горько.

– В чем? – Винсент ждал, что она продолжит мысль, не отрывая от девушки заинтересованных серых глаз.

– Да так… Ни в чем. Скоро мы придем?

– Всего минута, мадемуазель, – он элегантно указал ладонью на небольшой французский ресторан, спрятанный между жилыми домами, – здесь чудесная кухня и очень уютный интерьер.