Двуликая

Изи согласилась подумать над этим вопросом только тогда, когда узнала о семейном архиве заклинаний Мёрдоков.

Уильям предложил ей объявить Ихтиандра в розыск. Так как тела Роберта не существовало более в природе, довольно скоро последние представители семьи Мёрдок вступили в наследство. Повозиться с документами так же пришлось, но в результате Изи получила мощный заряд надежды. С того момента почти каждый день Норе приходилось посвящать несколько часов изучению семейной библиотеки, полностью перешедшей в ее владение.

Каждый день Элли Деамон был похож на войну. Борьба прерывалась на краткие передышки и спорные компромиссы, но неизменно вспыхивала вновь, ибо на практике Элеонора и Элоиза оказались слишком разными людьми. Нора хотела проводить больше времени с Винсентом, заниматься их совместным бытом, планировать общее будущее… Изи он был противен. Ее раздражал каждый взгляд, каламбур или нелепый галстук в гардеробе. Она цеплялась к каждой мелочи, а с того момента, как Нора добилась разрешения съехаться с ним, так и вовсе пошла вразнос.

“Как тебе может нравиться эта туша? Фу, от его дезодоранта у меня мигрень, неужели так сложно пользоваться чем-то менее ядреным?”

“Если это он сейчас так пошутил, то мне жаль его коллег. Серьезно, юмор сдох в его голове и начал разлагаться.”

“Он что, думает, что раз живет с волшебницей, можно не париться о порядке в доме? Мы ему не прислуга! Пусть убирает свои носки и трусы в ящик, а не раскидывает по дивану, французский свинтус!”

“Как же хорошо, когда этот болван в командировке! Ну серьезно, Нора, задумайся о том, чтобы бросить его поскорее, ведь не жизнь, а сказка же!”

И так изо дня в день.

Изо дня. В день.

В какой-то момент Нора не выдержала и потребовала прекратить эти вечные придирки, на что Изи выдвинула невозможное требование: поступить в Королевскую академию музыки.

Это условие показалось Норе неподъемным не из-за конкуренции за место. И даже не из-за количества занятий, нет. У Элеоноры Деамон с раннего детства была паническая боязнь сцены.

Она не могла выступать на публике даже с простейшим школьным докладом, не говоря уже о чем-то серьезнее. Аньела наняла для нее репетитора, чтобы помочь дочери привыкнуть, хотя бы через музыку. Так в жизнь малышки Элли вошла скрипка, и это знакомство подарило ей радость от музицирования… Но от фобии не избавило.

Элоизу фобия “сестры” не волновала. Вся любовь к музыке будто исходила именно от нее, а потому девушка жаждала учиться дальше и в будущем выступать.