Факультет сбора и трансформации

Несколько лет назад они сидели на этом самом месте практически в этой же позе. Магичка довольно расслабилась, опуская голову на плечо Шеда, и рассматривая просторное помещение. Сердце всё ещё сжимала тоска, но теперь стены не давили. Пожалуй, она даже могла бы остаться тут жить, всё-таки именно бабушкины пятикомнатные хоромы она считала своим домом. Хотя для одной тут места многовато…

– Останешься?

– Конечно. Куда я от тебя денусь? Да и тебя нельзя без присмотра оставлять.

– Шед…

– Да? Где? – маг завертел головой по сторонам, заставляя Вянку одновременно всё-таки улыбнуться и закатить глаза до белков.

– Дурак!

– Зато обаятельный.

С этим у неё поспорить не получалось, так что девушка выпуталась из объятий, неловко вставая с пола. За окнами третьего этажа шелестела сочная зелёная листва, июль в целом этим летом радовал, даже липа пока ещё не отцвела и от одного её запаха хотелось жить дальше. В ответ на эту мысль одно из окон распахнулось, впуская в кухню запах цветения и тёплый ветер.

Шед подкрался ближе, почти высовываясь из окна. Наконец-то нормальное лето, а то два предыдущих года сначала он бегал по потолку из-за поступления, а после и Ярычева, едва ли в обмороки от волнения не падающая. Вянка села рядом на подоконник, и он по-кошачьи опустил голову на её колени, уговаривая погладить по волосам. Блондинка фыркнула, но пару раз всё-таки прошлась по отросшим прядям, задумчиво оценивая длину:

– Надумал отращивать?

– Срежу перед семестром. А то если их отпустить и забыть побриться, буду ходить как грустный ревский инквизитор.

– Кошмар какой! – небритый лохматый Шед в её голове резко постарел лет на пятнадцать-двадцать, напоминая кого-то потерявшегося в аномалии и спустя много лет вышедшего к людям вновь.

Нет уж, надо будет, лично его пострижёт. Парень, кажется, уловил настроение и медленно, будто наблюдая за напряжённым животным, отодвинулся подальше. Точно таким же плавным движением – ох не зря их гоняют по лесам и полям да и не только, ох не зря – уселся напротив на подоконник.

– Да не буду я тебя трогать, не буду! Я против твоего хвоста ничего не имею, только брейся, ради всех богов, ты мне опять своей щетиной ногу исколол!

Шед кивнул, проводя ладонями по лицу. К идеальной бритости и коротким стрижкам их приучил, как ни странно, преподаватель алхимии, которому надоели постоянно попадающие в составы волосы студентов.