Факультет сбора и трансформации

– Ну головой-то думай, будто сам не видел, как она кипяток глотала! Ты такого возраста и такой температуры магии ещё не достиг.

Шедов всё-таки сделал пару глотков, окончательно туша пожар в животе, свободной рукой утирая слёзы. Жуть. Дышать теперь тоже получалось через раз, но он не мог не спросить:

– Что завтра делать собираешься?

– Спать до обеда. Бессовестно и нагло. А после обеда безудержно решать задачки по СОМу. Последние темы я проскочила, хочу повторить перед учебным годом, тем более, здесь такое количество объектов исследования.

\

– Тогда меня завтра не теряй. Буду в городе, наверное, но это не окончательно.

– Мне нужно переживать, что ты найдёшь себе приключение, или обойдёмся без этого?

– Должно обойтись. Если что, ты узнаешь первой, – улыбнулся он поверх чашки.

Та кивнула, не став расспрашивать о планах детальнее. На ум невольно пришло сравнение с той же Волковой, которая стремилась узнать всё, влезть в каждую щель. Шед подпёр голову ладонью, умилённо рассматривая допивающую вторую чашку чая магичку.

В кухне пахло мятой, глаза слипались, но было ещё одно важное дело на сегодня.

Парень сжал пальцы в кулак, мысленно наговаривая несколько предложений. Тана, конечно, от не слишком удачной шутки быстро оправился, но кто знает, как он теперь себя чувствует вечером. Артур может и бывает редким дураком, но свой же дурак, привычный. На раскрытой ладони Данковцева сформировался бледно-лиловый светлячок, тут же нырнувший в окно, набирая скорость и теряя цвет. Вянка проследила за сгустком энергии взглядом:

– Тана?

– Угу.

Не хотелось бы узнать, что перегнул, доведя друга до сердечного приступа. Брат, его, конечно, откачал бы, но совесть моя осталась бы не чиста.

– И то правда…

Она зафыркала, снимая с губы прилипший мятный лист, до того плававший в кружке. Шедов сквозь ресницы рассматривал Вянку в отсветах желтоватого света с улицы.

*

– Прекрасные показатели, конечно, – в голосе Мараевой слышалась смесь одобрения и сарказма. – Такого разброса по способностям у нас давно не было.

Вот эти трое вообще непонятно как прошли. Кто их принимал? Хочется просто спуститься в приёмку и головы пооткручивать, всё равно они в них только едят.

– Ну не отчислять же их за это, Лада Викторовна. Дети поступили, сессию закрыли…

– Я это, – женщина тяжело вздохнула, запрокидывая голову, – у себя на факультете держать отказываюсь. Они просто не потянут, давайте сразу им припишем рекомендации к переводу? Вон, пусть травки собирают.

– Только не ко мне, умоляю.