Волшебный пятак

И как мне теперь стать счастливым, если потеряно все самое дорогое — то, чем я жил и что мне так нравилось в этой жизни? А ведь я обязан преодолеть все это, пройти через мертвую воду, найти путь, ведь от меня зависит жизнь Марты».

Переваривая такие свои мысли, он подошел к своему подъезду. На лавочке перед подъездом, как и утром, сидел и смотрел себе под ноги Никита. Рядом с ним стоял тот же самый пакет, наполненный пивом.

— Ты так и сидишь тут? — Иван очнулся от своих мыслей, видеть Никиту прямо сейчас он был рад, как никогда.

— Да нет, ходил домой, выспался, только вылез, — голос Никиты все также был наполнен тоской.

Иван присел рядом, Никита достал для него бутылку пива из пакета.

— Какая же все-таки умная и справедливая штука — судьба, — задумчиво произнес Никита.

— Это точно, — ответил так же задумчиво Иван. — Ты извини меня, что я утром так резко уехал, думал, что дела у меня важные, а на самом деле ошибся я в том, что важно.

— Да все нормально, Вань.

Я помню, что друзья исчезают тогда, когда им и без тебя хорошо. Я вот сижу и думаю, наказан я за что-то или просто мне выпала честь понять что-то, что я не понимал вчера, да и сегодня, если честно, не понимаю, ведь вроде делал все правильно, даже не задумываясь об этом, а теперь вот все поменялось.

«А друг мой стал философом, пока я его не видел», — подумал Иван и вслух сказал:

— Задумываться мы начинаем только тогда, когда уже наказаны.

— У тебя какие новости?

— У меня две новости: хорошая и плохая.

— Какая хорошая?

— Я все правильно понимаю.

— А плохая?

— Я все правильно понимаю.

— То есть все именно так, как оно быть должно, осталось только научиться жить и с этим, — произнес Никита.

— Трагедий не бывает, пока мы сами себе их не придумаем, — ответил Иван и понял, что каждый думает о своем, но мысли обоих будто сошлись в одной точке пространства.

Неожиданно у подъезда достаточно резко для дворового движения, заехав двумя колесами на тротуар, остановился черный джип с такими же черными тонированными стеклами.

Задняя дверь открылась и из нее буквально вывалилась Наташа в ярком красном вечернем платье, в туфлях на высоких шпильках. Она не удержалась на ногах и повалилась на колени, разодрав их в кровь, тут же поднялась и бросилась к лавочке, упав еще раз уже перед Никитой, обняв руками его колени и подняв к нему свое лицо, по которому театрально сильно была размазана тушь.