Поцелуй для спящей принцессы

А маленькие феи в своих маленьких школах учили наизусть, какой цвет крыльев принадлежит какому роду фей. Бессменному правящему роду Чернорока в том числе. Старшая сестра Кретте рассказывала смешную историю, которую в свое время рассказывала ей матушка, а той наверняка ее матушка: как благородную ночную синеву их крыльев пытались изобразить в умных книжках, но никак не могли достичь чистого оттенка. Так что, в зависимости от художника, крылья рода Кретте рисовали то с примесью фиолетового, то зеленоватыми, то слишком темными, то чересчур светлыми.

Разложи эти рисунки на одном столе, с ума сможешь сойти от такого разнообразия.

Но раньше и феи жили обособленно, своими семьями, пересекаясь лишь изредка по всяким важным случаям. А теперь что… сплошное безобразие. Идешь по центральным уличкам какой-нибудь Лирии, и пожалуйста, — вокруг феи таких родов, которые прежде никогда меж собой не взаимодействовали, и крылья встречаются всех цветов радуги. Нет смысла запоминать.

Не может похвастаться нынешнее поколение уважением к своим истокам…

Синий — тоже радужный цвет. Не такой, может, обжигающий, как красный или желтый. Но достойный наравне с ними украшать небо — стоит лишь Сиите на пару с Солнцем выйти на прогулку после живительного дождя.

Королевские одежды, конечно, пришлось сменить на местные, которыми Кретте обзавелась как раз-таки посетив одну из улочек, где расположился городской рынок. Она предпочитала в одежде темные оттенки, как будто то, что Кретте темная фея, могло каким-то образом определять, каким образом ей следует выглядеть.

Но всю эту прекрасную — и удобную, особенно в долгой дороге, — тьму пришлось сменить на яркие платья, слегка шутовские.

И в целом от обилия красок рябило в глазах.

В самом разгаре было любимое время года в Светославии — лето. Они и зимой-то не страдали от бледности и серости; еще бы, от них и не пострадаешь, когда живешь в таких теплых местах. Но лето… ох, это лето… Оно и вовсе заставляло сходить с ума и фей (которые, как мы помним, и без того особой благоразумностью не отличаются), и человечков, что во всем старались быть похожими на фей вот уже который век.

А у фей Светославии были свои принципы. Своеобразные.

Если любить, то любить до конца, отдавать себя целиком, всю свою душу до последней искорки. Не прятать свои чувства, а показывать их всему миру. Верить в них самим — и заставлять поверить другого.