Поцелуй для спящей принцессы

Потому что в следующее мгновение дверь распахнулась, и внутрь заглянула служанка, та самая, с которой Кретте разговаривала про сказки этим утром:

— Ваше величество, извините за беспокойство, меня попросили узнать, вы будете обедать со всеми, или, как обычно…

Она остановилась, чтобы выдохнуть, и только тогда заметила Кретте.

— Кронни, прошу прощения, я вас не заметила… — Служанка сначала посмотрела на фею, потом на короля. И почему-то покраснела.

— Мы с нашей уважаемой гостьей пытаемся придумать, как можем продвинуться в решении ее проблемы.

— Стакан с громким звуком опустился на стол. — Обедать я буду позже. Как обычно. Надеюсь, когда-нибудь вы перестанете об этом спрашивать. Лучше бы пригласили к столу нашу гостью.

— Да, извините… — Она прижалась к двери, как будто в любой момент могла упасть. — Я искала вас, но в вашей комнате вас не оказалось…

— Заблудилась в ваших бесконечных поворотах, — Кретте пожала плечами.

— Случается… — Служанка заправила за ухо кудрявую прядь волос. — Пройдемте за мной.

Свет нехотя выпустил Кретте из своих объятий.

Но, прежде чем покинуть это место, она поинтересовалась, обращаясь к Сартвину:

— Говорите, никто не заглядывает в этот коридор? И, тем более, в ваш кабинет?

Кретте улыбнулась, заставив служанку смутиться еще больше.

И вышла — раньше, чем её сопровождающая.

Глава 8

Первые ответные письма начали приходить на следующий день, ближе к вечеру.

Мелина сообщила об этом за ужином, вместе с Кретте слегка отдалившись от общего стола:

— Желаете собраться после ужина? Посмотрим вместе, сообщили ли мне что-то полезное.

Или подождем еще немного, пока придет больше писем? Чем больше набор того, из чего можно выбирать, тем вероятнее, что там найдется искомое. Меня этому учила еще Ричиэлла, она хорошо разбирается в математике. А жизнь закрепила.

— Соберемся, — Кретте ответила мгновенно, ничуть не засомневавшись.

Королева слабо улыбнулась. И кивнула, но больше ничего не сказала.

Прежняя уверенность в том, что поездка в Светославию обязательно принесет желаемый для Кретте результат, испарилась.

Но вместо нее внутри откуда-то появилось знание, что поездка это многое поменяет, слишком многое.

Только не посредством этих писем.

Это все суета, знак вежливости. Вежливость в своем большинстве бездейственна. Из вежливости отворачиваются, чтобы не смотреть, когда человеку плохо, не хотят смущать его своими взглядами… Из вежливости на помощь приходят редко. Почти никогда.