Чужак в зеркале

Уже у Вайрамо я видела на госпоже прекрасное ожерелье из морозного жемчуга и глазури – эти голубоватые шарики с вишенку величиной будто попали на сильный холод, и их поверхность треснула на стуже, наполнившись белизной жемчужного снега, не сказавшегося на глади игривой на свету сферы.

Я бы сравнила красоту моего подарка с глубоким ручьем далёкой страны, если бы даже на картинке не видела моря и не знала хоть немного о его глубинах. Но так же я вспомнила, как зимними вечерами делала свечи, уже сформировавшиеся, из тёмного воска, окунала в очищенный, полупрозрачный, который после застывания заковывал свечу в такую же полупрозрачную оболочку.

Подобные свечи можно было продать дороже обычных, и преподнести подарком не стыдно.

Морскую жемчужину же тоже словно одевали раз за разом в намного чистые оболочки, и если самый край жемчуга казался чище воды, то чёрное туманное ядро могло по глубине своей потягаться разве что с глазами моего возлюбленного. Глядя в эту черноту, я, как мне показалось, сама погружалась в неведомые глубины – слой за слоем, прозрачный, солёная бледная бирюза, впитывающая яд соли яшма, гордый полупрозрачный малахит… Мне даже показалось, что я нырнула в ледяную воду, и поэтому ощутила привкус морской влаги на губах.

– Не смотри, – ладонь мужчины прикрыла мне глаза, а губы коснулись виска. – Вдохни поглубже. Вот так. Теперь можно.

Только я вместо того, чтобы посмотреть в чарующие глубины чудесного дара взглянула на любимого сах’гара. Сколько в его взгляде было тепла и нежности, таких диких, таких неуместных для природы всего рода демонов, повелевающих яростью и вражеским кровопролитием – и таких желанных при своей безумности существования.

Подумав об этом, я ощутила грусть – а думают ли так же о тех же серафимах и прочих светоносных расах демоны, считают ли их проявления тепла безумством перед высокомерием и надменностью существ, кого Свет коснулся больше них?.. А, может, это Мрак – первородная сила ангельских творений, и он затуманивает взор?..

– Она бесподобна…

Я продрогла от ужаса собственной зависти к этой – всё-таки, чего скрывать? – дорогой безделушке.

Её красота, неоспоримая, рожденная Землёй и Морем, воспетая Жизнью под Небом. А что я? Обманщица, без рода и племени. И ношу я чужую одежду – она должна быть в сундуках Кассии, – это ей принадлежат подарки Хазрара. Боги, да даже единственная одежда на мне обнажённой принадлежала ей – татуировка клана Вайрамо!.. И даже Хазрар, тем более – его сердце!..

Но как же?..