Гражданка Иванова, вас ожидает дракон

Может быть в своем мире она не посмела бы обратиться к незнакомке, поскольку трусики-танго мало что скрывали, но панталоны смело можно было назвать парашютами, надежно укутывающими чуть ли не ее всю. А незакрытая полоска спины – кем ею удивишь? Руками-то Вася надежно придерживала все что нужно.

Незнакомка, молча подойдя со спины, перекинула мешающиеся волосы вперед и умело потянула за шнуровку. Ее прохладные пальцы споро порхали по коже, поправляя то тесемки, то съехавший набок корсет.

- Ой, так мне совсем нечем будет дышать, - взмолилась Василиса, когда очередной рывок сделал ее талию осиной. Незнакомка утешительно похлопала по плечу и потянулась к открытой шкатулке. Зрачки Васи расширились: изящные длинные пальцы с ухоженными полированными ногтями тонули в нежнейшем кружеве. Щеку щекотало чужое дыхание, а прядь длинных пепельных волос змеей скользнула по ее груди.

«Блин, уж не призвала ли я на помощь хозяйку замка?!»

- Мне неловко, давайте я сама расчешусь! – Вася попыталась обернуться, но незнакомка не позволила, крепко схватив ее за хвост, который принялась чесать.

- Ну все, теперь ты смело можешь спускаться вниз. Никто не найдет в тебе изъяна.

Побледневшая Василиса обернулась как в замедленной съемке, страшась увидеть того, кто только что шнуровал ее корсет, и лелея надежду, что незнакомка вполне может быть обладательницей неженского голоса.

Увы, из комнаты выходил самый настоящий мужчина.

- Не благодари! – легкий жест рукой, когда пена кружев на манжете взметнулась подобно паутине на ветру. Длинные, почти до пояса волосы, стелились по не особо широкой, но все-таки мужской спине. Бриджи и немалый размер ноги дополняли портрет «незнакомки», оказавшейся «незнакомцем», сейчас довольно весело насвистывающем мелодию.

Какой конфуз!

***

- Познакомьтесь, это нэнни… - Хосефина сделала паузу, тужась воскресить в памяти имя новенькой. Они стояли в просторном помещении, судя по утвари – кухне. Возле очага орудовала ложкой на длинной ручке дородная повариха, у тазов с картошкой и очистками сидели двое мальчишек, а вдоль длинного разделочного стола выстроилось еще человек десять.