Гражданка Иванова, вас ожидает дракон

Спросить хочу, как так вышло, что Жизнь Давшая осталась без присмотра?

- Не может того быть, чтобы ваша матушка без догляда осталась, - жестяной колпак Гремуда пополз вверх вместе с бровями. – Откуда такая напраслина?

- Вот, Ульрих прислал, - царь сунул начальнику охраны записку. Тот для верности раз десять ее прочел. Все сказано однозначно, никаких сомнений. Да и не тот человек Ульрих, чтобы без повода в барабаны бить. Не зря живет на Раконе с тех самых пор, как герцог вызвал на остров строителей.

Свои глаза везде нужны, а тот, кто прикидывается пьяницей и готов распивать хмельное день и ночь, лишь бы выудить важные сведения, и вовсе бесценный.

- Разберусь, Ваше Величество. Лично сам отправлюсь, чтобы вашу матушку в целости и сохранности доставить…

- Лети, сокол.

Золотой лоб вернулся к царице, сжавшей в предчувствии беды губы. Хмуро глянув на испорченное кресло, занял место на низком диванчике, позволив супруге смотреть свысока.

- Раз камень брошен, надо ждать круги на воде, - самодержец сокрушенно помотал головой, соглашаясь, что лорд Ракон не успокоится, пока не выколупает истину.

- Единственный выход, бросить еще один, да побольше, чтобы о первом камешке забыли.

- Надо бы лорду Ракону так голову задурить, чтобы он забыл свое имя, не то что слова какой-то старухи. Напиши Соловушке - он мастер строить каверзы. Не зря же исправно отправляешь гостинцы, - царица задумчиво повертела обручальный перстенек на пальце. Вот ведь мечтала подольше от старухи отдохнуть, доставшей своими скудоумными поучениями, а не вышло.

Иногда в сердцах хотелось назвать ее Жизнь Отнимающей, поскольку та была самым настоящим вампиром, высасывающим из снохи и родного сына все силы. «Прости меня, Извечный кузнец, за крамольные мысли, но чую, что быстрее нее уйду в иной мир, а она продолжит донимать моих детей и внуков».

- А может обойдется? Ведь Ульрих ни словом не обмолвился, что матушка лично с герцогом виделась. Может, мы зря всполошились?

- Ох, чует мое сердце, боком вся эта история выйдет! – царица - мать семерых детей приложила руку, унизанную перстнями, к выдающейся во всех смыслах груди.

***

- Ваша Светлость! Ваша Светлость! Погодите! Как хорошо, что я вас заметил!

«Да что за день такой!»

Герцог подал знак рукой, чтобы извозчик остановился. Проклятый венок вновь сбросился с сиденья, растеряв при этом половину колокольчиков, оказавшихся куда более нежными, чем васильки и лютики.