Гражданка Иванова, вас ожидает дракон

В итоге поднимешь тысячи три драков.

- Ги? Почему Ги? – Фольк прислушался к свои чувствам. Почему иглой кольнула ревность? Ведь даже не разглядел ее как следует. Сначала мешал венок, потом думал о поцелуе, а в купальнях она закрылась ладонями. Теперь так и вовсе лежит с распухшим лицом. Но отчего пропустило удар сердце, стоило взять ее на руки? Отчего сбивался шаг, когда он нес ее из своей комнаты в крыло прислуги? Почему хотелось вернуться назад и запереть у себя невезучую девчонку?

- Ты же знаешь, я не люблю длинные имена.

Гражданка Иванова все равно что мое полное имя – Индис Альмавиридонилель. Аль-лель куда благозвучнее и не приходится повторять по десятку раз, чтобы его запомнили или записали без ошибок.

- Так значит Ги…

- Кстати, я так и не увидел в твоих покоях ее венок.

- Он лежит в кабинете на столе.

- Да? Я был там, но никакого… Или те сухие веточки с поникшими лютиками и есть ее венок?

- М-да. Поникшие лютики сегодня меня буквально преследуют. Сначала старуха-гномка смутила своим лепетом, потом…

- Подожди, - эдьф положил ладонь на предплечье герцога, - подожди-подожди.

У нимф не бывает поникших цветов. Ты что-то путаешь. Их венок живет столько же, сколько живет сама нимфа. А судя по тому, как он выглядит, его хозяйка или давно отчитывается перед нимфейскими богами или вот-вот отправится в последний поход.

- Но так написано в бумагах! – Фольк не сдавался.

- Не ты ли сам вывел правила Торгов «Не отвечать за правдивость заявления, сделанного хозяином лота»?

- Но за нее боролись несколько борделей! А уж они то должны разбираться в товаре!

- Был ли среди них «Поцелуй русалки»?

- Да.

Нет. Я точно не помню…

- Наверняка не был, а если и был, то не вступился в торг, поскольку хер Мокс в курсе таких тонкостей, как никогда не вянущий венок нимфы.

- Нимфы есть и в «Сладкой попке», я видел! – с нажимом возразил Фольк.

- Венок на голову может надеть любая херессита. Если тебя в борделе встречает дева в халате медсестры, ты же не думаешь, что попал в больницу?

Фольк удрученно сунул пятерню в густые волосы.

Они шелковой смолой распались на пряди.

- Так кто же она такая?

- Вот и я о том же думаю. Если не нимфа, то почему я тащусь от нее?

- Поцелуй! – вспомнил Ракон. – Ее поцелуй был горячим!

- Горячая штучка и целуется горячо.

- Нет! Поцелуй едва не убил меня! Он был настолько горяч, будто я прикоснулся губами к энергетическому кристаллу.