Венерианка

– Тихо, – безуспешно пыталась унять вопли разделившейся толпы Ману, одновременно успокаивая взволнованного, кричащего что-то в маске мужа.

Толпа начала штурмовать жилище предков. Можно представить отчаяние Бога и ликование Беса за своими мониторами. Ману и Шаян никак не ожидали такого. Столетия они строили мир без зла, почитающий Бога, даровавшего им жизнь. Поколения гнали от себя сомнения, воспитывали в себе покорность и принимали как есть конец жизни. Сегодня их мир рухнул. Та истина, свидетелями которой являлись венерианцы, растоптана.

Грозный голос снова одержал победу.

Остервенев, люди проникли внутрь и, схватив за грудки, потащили Шаяна и Ману к воде. Шаян не сопротивлялся. Для него это было освобождением. Наконец, жизнь в маске за счёт супруги закончится. Он взглядом успокоил свою Ману, дал знак, чтобы она не сопротивлялась, и она перестала. Ни слова больше, пусть будет так. Если люди окажутся правы и убийства прекратятся, то пусть все так и будет. Если же нет, то они раскаются в содеянном, вспомнят истину и перестанут сопротивляться, и Бог обязательно их спасет.

Сопротивления порождают экспрессию чувств, отрицательные действия, туманят разум и возникает не решение проблемы, а усугубление. Все катится по наклонной, наращивая все новые и новые проблемы, как снежный ком. Ловушка Беса сработала в один миг.

По веревочному мосту предков их повели по одному. Шаян был первый. Они с провожатым, крепким мужчиной, уже не вытянутой головой, дошли до середины моста и остановились. Сверху открывался красивейший вид на просторы Земли.

Под ногами бушевала бурная широкая река. По берегам ее росла удивительнейшая растительность: и разнообразные огромнейшие деревья, и шикарный камыш, и густая сочная зеленая трава. Это их подарок. Этот мир, как же он прекрасен!

Шаян в последний раз посмотрел на Ману, снял с плеч тяжёлый баллон с газом, маску, улыбнулся ей и шагнул в пропасть. Ману от ужаса закрыла глаза и взвизгнула. В глазах палачей же не было ни капли сострадания. Они, будто бы мстили родоначальникам за то, что они бессмертны.

Ужасные твари в воде не слышали о бессмертие.

Повели Ману. Река бурлила, будто кипящая и ревела, будто слышала всхлипы Ману.

– Я люблю вас всех, – выдавила из себя Ману и тоже шагнула в пропасть. Водная пасть захлопнулась за ней.

* * *

Бес ликовал. Он словно чувствовал вкус венерианцев во рту и еле сдерживал злорадный смех. Бог не смотрел на него. Он смотрел на монитор стеклянными глазами.