Венерианка

Ларра  то извивалось, то прижимала ноги к животу и ныла.

– Карау, мне больно… Карау, помоги мне… – молила она, веря ему как никогда. 

– Я сейчас, – растерянно проговорил он и выбежал из шатра.

 Карау побежал за приготовленными заранее инструментами и обезболивающим. Его руки тряслись, он запаниковал. В дупле дерева он нашел заначку и, с трудом собрав, побежал обратно. В шатре кричала от боли его любимая. Она уже истекала кровью. Через мгновенье около шатра появился обеспокоенный народ. Карау криком отогнал подальше зевак, подтвердив догадки обеспокоенных.

Через мгновение шаман уже поил свою женщину успокоительным. Она должна была оставаться в сознании, но почему-то отключилась. Она должна была слушать шамана и выполнять его наставления, но она потеряла сознание. Карау растерялся. Возможно, доза успокоительногослишком велика. Возможно, это реакция ее организма на успокоительное. Может, из-за того, что она потеряла много крови. Она была без сознания и не могла тужиться. Все попытки привести ее в чувства были безуспешны. Она медленно уходила из жизни. 

В шатер вошла жена Карау Сур. Она увидела растерянное лицо мужа и приняла решение сама. Нужно спасать хотя бы кого-то из двоих. Духи и шаман теряли драгоценное время. 

 – Карау, нужно вынуть из нее дитя, иначе они оба умрут, – настойчиво проговорила женщина.

– Нет! – крикнул нервно шаман.

– У нас нет выбора. Она не родит сама. Ребенок задохнётся в ней. Они оба умрут .

– Нет,  – как в бреду, повторил он, но уже отвернувшись.

Это звучало как отчаянное согласие.

Сур взяла в руки нож и сделала надрез от пупка и ниже. Нож уже был накален и обеззаражен. Эта женщина не раз принимала участие в родах, сама шесть раз мать, поэтому это решение было принято ею без сомнения. Карау вышел из шатра, уставившийся на свои кровавые руки. Он не видел никого, только крупный план кровавых рук. Толпа расступилась, Карау побрел в сторону леса. 

Шаман побежал. Ему хотелось кричать, что есть мочи, но он лишь выл сквозь зубы.

Он бежал от реальности, от своего горя, от своей вины. Он убежал, потому что не хотел слышать, что его Ларры больше нет. Он потерял смысл жизни, лишился света. Он собственноручно разрушил свою жизнь. 

 Глава 5

Карау провел в лесу две ночи, почти сошел с ума от досады и горя. Его посещали безумные мысли. Он гнал от себя чувство вины и, в конце концов, оправдал себя. Образы в голове шамана убедили его, что виновата его старая жена.