Венерианка

Костя что-то там успокаивающе бормотал, а я представляла нас счастливыми и обнаженными. Как не стыдно! Я не сгожусь на эту роль. Я никогда не была с парнем. Я неуклюжа, несексуальна, стеснительна. Мне лучше уйти, пока он не подошел ближе, а я не предстала перед ним идиоткой. Не глядя на него, я встала и пошла на кухню, плотно закрыв за собой дверь. 

   Мое поведение, мягко говоря, беспокоит его. Он винит себя за то, что мы оказались в плену этого дома где-то в рязанской области. Возможно, сердце его разрывалось от досадной боли, что он не может сделать этот вынужденный плен, забавным приключением.

 

   Я на кухне, он в гостиной. Между нами целая жизнь, чужая, далекая. Есть еще и Саранск. Та жизнь, в которой есть Марина. Она для нас обоих важна. А Костя и я, всего лишь заложники этого одинокого дома. Это одинокий дом хочет нас сблизить на несколько дней. В Саранске начнется другая жизнь. Мы забудем про этот дом и про все, что здесь было. Ничего у нас не будет! Я схожу с ума?   

Глава 15

   На пятый день настроение было отличным.

Да и в другие дни мы с Костей не скучали. Он не давал скучать. Рассказывал много интересных историй из жизни. Рассказчик он увлекающий. Про друзей своих, про работу свою. Рассказал, что из-за ссоры с влиятельным отчимом, из-за которого мать начала спиваться, он ушел из дома. Хотел доказать всему миру, что тоже может неплохо стоять на ногах и без помощи злорадствующего отчима. Так и связался с плохими парнями. Это была для него свобода. Он не контактировал с семьей с тех пор, как не стало деда, воспитывающего его с седьмого класса. Может, он так скорбел. 

   – Я потерял все. В тринадцать лет я лишился матери и брата, год назад не стало деда, единственного любящего меня человека, – как выразился он. –  Неделю назад я потерял мечту – забрать мать из домашнего плена, на который ее отчим обрек.  

   Он очень тепло отзывался о матери, очень ее любил. Я вспомнила про свою.

Как она там. Вся на нервах, наверное. Как я соскучилась по родителям, только сейчас осознала. 

   – Не говори так, все еще получится, – попыталась ободрить я его.

   – Я ошибся. Этим доказал отчиму, да и самому себе, что никчемен, тряпка, – продолжал изливать душу Костя. – И мать мне забрать некуда, а я обещал ей, что скоро заберу, – ухмыльнулся он в сторону. – Я достал, наверное, тебя своим нытьем. Не буду больше, – отдернул он себя.