Венерианка

   – Должна была укусить, – и от стыда встала с места.

   – Не уходи, пожалуйста, – остановил он меня, встал, поравнявшись со мной. – Я думал ты, как всегда, оттолкнешь, и я бы сказал, в чем твоя ошибка. – Он нагнулся и налил еще по стакану вина обоим. – За любовь, которая, обязательно случится, – предложил он тост.

   – На брудершафт? – пошутила смущенно я, чем вызвала его улыбку. 

   – Так-то горько, –  опустошив стакан, ответил он, с прикрытым рукавом ртом.

Было смешно. Гримаса отвращения. Так-то кислятина. Он вытянул губы. Я бесстрашно чмокнула.                             

   Наш поцелуй был дружеским. Мы напились и заснули вместе на полу возле горящего камина. Утром поехали домой.

   Мы пробыли вдали от Саранска всего пять дней, а казалось, целую вечность. Как там все? С кем Марина? Как родители? Будем ли мы видеться с Костей? Что новенького? Я боялась возвращаться в ту жизнь.

Она почти неделю протекала без меня.

   Костя подвез меня до подъезда. Еще в машине:

   – Вот и все, – грустно проговорила я, чувствуя, что мне очень жаль расставаться.

   – Не все, – накрыл он мою руку своей. – Мы с тобой встречаемся, ты забыла? 

   – Мы дразним Марину. Но я думаю, теперь это ни к чему. Она будет с тобой и так. Не сразу, конечно, – я не хотела выходить из его машины, она стала мне родной.

Как грустно.

   – Пусть побеспокоятся. И Марина, и твой дружок, – хитро моргнул одним глазом он. – Я помогу тебе сблизиться с твоим приятелем. Знаешь, как будоражит соперничество?

    Если бы он только знал, что объект моей симпатии – его обожаемая Мариночка. Что я помогала ему, скрепя сердце. А теперь он хочет, чтобы я была счастлива. Как он ошибается! Моя вина в том, что я позволила ему из врага превратиться в друга. Я еще буду его ненавидеть.       

   – Посмотрим, – лишь со вздохом выдавила я.

Пора. Открыла дверцу, Костя напомнил о рюкзаке на заднем сидении. 

   – Я позвоню, – он помахал мне пятерней, я заставила себя не оборачиваться, когда пошла к подъезду.

  Почему-то было ощущение, что я теряю что-то. Почему-то мне было грустно. У лифта взяла себя в руки. В лифте, улыбнулась, представила, как обнимаю маму. 

   Мама открыла дверь.