Мост над бурными водами. Сборник рассказов

Самир сидел на позиции и взирал на великолепную природу Карабаха. Любил он леса, деревья… И всё это, вдруг подумал Самир, может для него исчезнуть. В это трудно поверить. Кажется, что твоё сознание создано на вечные времена. Он взглянул на чистое голубое небо. Ему захотелось верить, по крайней мере, что он после смерти взлетит туда и будет созерцать землю оттуда.

Самир заметил на склоне горы движение. Выстрел – всё замерло. «Какой идиот стрелял? – подумал Самир. – Спугнул врага не вовремя. Надо было ещё подождать».

Но через минуту началась пальба. Уже стреляли с противоположного склона. Самир взял быстро свой расчёт и почти ползком стал спускаться к ущелью, находящемуся справа. По рации он услышал, как дали команду идти вперёд.

Один из бойцов слегка выпрямился – устал идти сгибаясь. «Подумать только – устал», – пронеслось у Самира в голове, но в следующую секунду боец рухнул вниз.

Всё – никого нельзя уже было остановить. Началась беспощадная пальба. Грохнул гранатомёт.

Преодолев ущелье, Самир стал наблюдать очень странную, по его мнению, тишину вокруг.

Он как раз таки намеревался обойти центральное место баталий. Однако тишина всего за несколько сот метров от линии соприкосновения его насторожила. По рации он услышал снова команду двигаться вперёд.

Вперёд. Медлить нельзя. Но пройдя тридцать метров, Самир и его отряд оказались накрыты шквальным огнём. Казалось, стреляли с четырёх сторон. Самир бросился на землю. Бороться за жизнь он умел.

Говорят, что осознание надвигающейся смерти чётко возникает перед умирающими.

Но Самир не собирался умирать. Он прижался к земле и дополз до небольшого куста. На нём был бронежилет. Пускай стреляют в спину. Главное, чтобы не попали в голову. Он видел, как уже четверо солдат из его отряда свалились замертво.

«Я должен постареть, понять этот мир и потом только умереть», – твердил про себя Самир. А иначе в чём же смысл жизни, зачем такой путь?

Через десять минут всё замерло.

Перспектива оказаться в армянском плену, наверно, была хуже смерти.

Но кто мог расстаться сам с жизнью, расстаться с надеждой.

«Надо бороться», – подумал Самир.

ЭПИЛОГ

В морге госпиталя лежали несколько тел. Прибывший туда капитан спросил у полковника медицинской службы:

– Сколько тут тел?

– Девять. Один у меня на столе.

– Чего же до сих пор в гробы не уложили? Пора бы…

– Надо сказать, чтобы листы принесли. А у сварщика электроды кончились.

Это только могло происходить с советскими людьми.