Неслучайная встреча

Господи, храни нас, дай мне сил, понимания, здоровья построить крепкую семью.

Затем он произнес молитву господу, закрыв глаза и держа сложенными ладонями старинный семейный крест возле своих губ, затем у лба, наклонив вперёд голову и его распущенные золотистые волосы до плеч прикрыли плечи как капюшоном. Перекрестившись, он увидел священника, стоявшего в трёх метрах и смотрящего на него теплым умудренным взглядом. Это был пожилой мужчина, с густыми седыми волосами, волнами, опускающимися чуть ниже плеч.

Граф подошёл к нему.

- Добрый день!

- Добрый день! Вероятно, граф Капрони? – пастор, улыбаясь белоснежными зубами, протянул крепкую руку и Лоренцо так же крепко пожал ее.

- Да, я - он самый, у вас так мало прихожан?

Пастор прищурился, - не так уж и мало, но знаю всех в лицо. Мой добрый друг Марко рассказывал мне о вас. Меня зовут Самуэль Джонсон.

Граф удивился.

- Вы прекрасно говорите по-итальянски!

— Это все многие столетия практики, - удивил его священник и показал свои зубы с клыками.

- Ого, вы тоже! - удивился граф ещё больше.

- Да, так бывает. Я догадываюсь о причинах, которые привели Вас ко мне, дорогой друг.

Пастырь приобнял его за плечи, и они присели на скамью.

- Большинству людей не зачем знать о том, что кроме них существуют другие разумные существа, это приводит к войнам и разрушениям, ибо в природе человека стремление властвовать и уничтожать все, чего они боятся.

Страх и нетерпимость, неумение договариваться эти беды преследуют многие поколения. Поэтому хранители и вампиры держат все это в тайне. Хотя, - тут священник сделал паузу и продолжил тихо, - хотя думается мне, что договор в интересах людей, они бы проиграли вероятную войну. Граф, подыгрывая, тихо посмеялся, затем стал серьезным.

— Значит вы знаете, что я собираюсь жениться на Франческе?

- Конечно, мой мальчик, я очень рад.

- Сами то вы тоже связаны с Предназначенной?

Поинтересовался Лоренцо, но Пастырь покачал головой.

- Нет, я сознательно выбрал другой путь, я живу для своих прихожан и друзей. Когда-то давно у меня была и любовь, и семья, я не из первородных, у меня нет привязанностей, да и честно, смотреть как люди, которых ты знаешь и любишь по-своему стареют, умирают, это печально и тяжело, я до сих пор не могу привыкнуть к этому.