Княжна ночных воронов

Горловина, оставлявшая открытыми ключицы, края подола и широких, треугольных рукавов, должных напоминать крылья, были расшиты алой нитью и гранатами. Вышитые кисти рябин выглядели как настоящие.

На пояс легла серебряная цепь, в звенья которой были вставлены розовые агаты. Из этого же камня были вырезаны и цветы и на моём венке невесты. Такой венок должен был делать отец невесты, но я взяла тот, в котором выходила замуж моя мама.- Подождите! - вдруг выкрикнула Свона и убежала.

Вернулась она с большой вуалью, украшенной по краю широкой полосой кружева.

Эту вуаль она прикрепила к серебряному ободку моего венка.- Это откуда такая красота? - восхитилась я.- Я делаю. А ночью маме отношу, она в городе живёт. У меня и бабушка кружевница, и мама, и я выучилась. - Призналась Свона. - Только я тайком, а то узнают, что я делала, и не возьмут.

Дальше нам оставалось только ждать. Берта решила показать мне пару простых танцев, которые я обязательно должна была танцевать с лордом. И очень кстати, я их естественно не знала.

А за полчаса до полуночи, в этом вороны с чёрными драконами совпадали, за мной пришёл лорд. И замер на пороге, окидывая меня странным взглядом.- Прошу вас, моя леди! - отчего-то хриплым голосом предложил мне свою руку лорд.

Простыл что ли уже где? Надо будет ему на ночь ноги пропарить и грудь жиром с перцем натереть, решила я про себя.

Глава 11

Эдгар Чёрный дракон.

Большая, сделанная лично для меня, бэнья наполняла ароматным паром всю комнату. Борта бадьи для купания были закрыты белой простыней, а в воду мой оруженосец и замковый менестрель по совместительству уже лет пять добавлял какие-то масла с хвойным запахом.

Причём я точно знал, что на территориях драконов их не делают.

Чувствую, этот проныра явно частый гость на землях птиц. Прикидывается, поди, каким-нибудь воробьём. А ещё он очень любил песни. Это у нас их было мало, и все про сражения, боль, кровь... А птицы пели другие. О красоте, доме, о любви и любящем сердце. Сердце...

У моего деда было сердце. Моя бабушка сошла с ума, когда он погиб.

У моего отца было сердце. Всех жалел, всем помогал, всех берёг, даже в бою. В результате, его собственный вассал пытался соблазнить мою мать и обокрасть отца. И боясь разоблачения, тот, кто был частным гостем за столом отца, напал на него, когда израненные воины возвращались домой. Весь отряд погиб. А мать...

Мама жестоко отомстила. Она пообещала пленным птицам, что были в замке, свободу и проход до птичьих земель, если они помогут ей.