Два моста

На самом деле так оно и было, поскольку те часто использовали духи и ароматические масла, чтобы пахнуть притягательнее, но часто с этим делом перебарщивали. Эндимион терпеть не мог, когда от приторно-сладкой крови пахло горьким эвкалиптом, а на лаванду у него вообще обнаружилась аллергия. Никто и предположить не мог, что от лавандовой воды у жуткого кровососа начинают слезиться глаза, и он неудержимо чихает! Так что с благородными дамами принц предпочитал не пересекаться, а в пищу употреблял свежих крестьянок лет семнадцати.

Запах Сильвианы вампиру безумно нравился, он вывернул сорочку наизнанку и завернул в снятую с себя рубашку, чтобы напитать свою одежду этим превосходным ароматом. Но сорочка – это лишь одежда, а вот как должна пахнуть сама её обладательница!.. Эндимион юркнул под одеяло и прижал к себе обнажённую девушку. Без одежды от её тела исходил такой неистовый жар, что принцу на пару минут даже стало не по себе: казалось ещё  немного, и он получит ожоги. Однако всё обошлось, холоднокровный вампир быстро согрелся и уткнулся носом в светлые волосы.

Часть 5

И новое утро опять началось с попыток Сильвианы выбраться из его хватки – ей, видите ли, стыдно, что её раздел и обнимает малознакомый мужчина! Нет, ну, в самом деле, сколько же можно волноваться об этом? Он уже давно видел всё, что можно увидеть, а пожелай вампир удовлетворить с ней плотские желания, так никакие визги его бы не остановили! 

- Ладно, иди, – буркнул Эндимион, выпуская свою грелку.

Красная как рак смертная завернулась в покрывало и взглянула в указанном направлении. Там привычно стоял поднос с завтраком, а рядом появился ещё какой-то свёрток из тёмно-серой ткани. Подойдя к нему, Сильвиана бережно развернула плотный материал и восхищённо вздохнула: это оказался тёплый подбитый мехом плащ, в который завернули лёгкую шелковую сорочку, бархатное платье и шерстяные чулки. Как и любая девушка на её месте, обрадованная обновками Сильвиана поспешила их примерить.

Позволив покрывалу упасть к ногам, красавица накинула на себя сорочку, наслаждаясь ощущением струящейся по нежной коже ткани. Следом настал черёд чулок и платья. Они оказались слегка великоваты низенькой и хрупкой девушке, но её это не смутило. Нарядившись, она покрутилась вокруг себя, пытаясь рассмотреть, как выглядит со стороны, поскольку в комнате не наблюдалось зеркал.