Марой и хранители

*****

После излучины дорога к замку начинала набирать высоту, дважды делала вираж вокруг фигурной горы и забиралась у ворот так высоко, что с западной сторожевой башни можно было обозреть большую часть окрестностей Лабасса.

По семейной легенде, замок был построен одними из Старших Основателей – супругами Белой Помаванкой и Белым Речником, второй из них заслужил милость тем, что издалека носил воду Владычице для омовения. После оглашения официального статуса Люмерии, Речнику предложили выбрать территорию возле любого понравившегося водоёма.

Как ни странно, (опять же, по легенде) Речник отказался от почётного места у ирминсулиума Владычицы и перебрался на малолюдный гористый север, где брала своё начало Лония, дающая на жизнь большому пресному озеру благодаря своим многочисленным притокам.

Это озеро сегодня лишь с западной и северной стороны принадлежало Делоне, потому что его южный берег был выкуплен пять веков назад сиром Алтувием Трасси.

Восточный же берег озера упирался в горную цепь, за которой заканчивалась Люмерия и начиналась территория виердов, дикого народа.

Таким образом, де Венетты на своей щедрой долине производили вино, овощи и два вида фруктов, в том числе пуар, из которого получался нежный сладковатый аперитив пуаре.

Де Трасси, имеющие в своём распоряжении как озеро, так и лес, и долину, разбогатели на экспорте шерсти, льна, зерновых, а также имели огромные загоны для лошадей самых разных пород, ценящихся любителями верховой езды.

Пара личных лавок на Королевской торговой площади Люмоса и вовсе делали это лабасское семейство самым богатым.

Скромная экономика Делоне выживала за счёт поставок рыбы, шерсти найл (одомашненных горных коз) и мускатного горного ореха нукса, рассеянного по горам супругой Белого Речника Помаванкой с помощью послушного ей ветра.

Кроме того особый сорт хвойного кустарника, сибриуса, растущего здесь повсеместно, признавался съедобным и даже лечебным для домашнего скота.

По весне масштабно обрезали молодые ветки сибриуса, сушили, затем перемалывали и добавляли в корм растущего молодняка. За лето неприхотливый сибриус снова набирал листовую массу и до следующей весны накапливал полезные вещества. Тем не менее, скот охотно поедал его и зимой.