Половина моей души

Оказавшись на поляне, король быстрым взглядом окинул сначала Орсэя, всё ещё висевшего прямо в воздухе, – не связанный, но и не способный хоть что-то сделать, – затем полностью обездвиженную меня. После чего пасмурные тёмно-серые глаза обратились к ведьме.

– Ты желала видеть меня? – холодно спросил Рэйегорн, с нескрываемым презрением глядя на собеседницу.

– Желала, – подтвердила Виора, зловеще усмехнувшись. – У нас с тобой осталось одно нерешённое дело, мой король.

Послышался хруст ломающихся веток, и на поляну вышла троица уже знакомых нам с Орсэем громадонов.

Рэйегорн, едва заметив монстров, тут же обнажил меч, до этого спокойно висевший в ножнах у него на боку.

– Ваше оружие бесполезно против них, – предупредила я короля. – Оно даже царапины не оставит.

Рэйегорн послал мне гневный взгляд, но меч вернул обратно в ножны.

– Итак, ты хотела, чтобы я пришёл – я здесь, – обратился он к Виоре. – Отпусти моего сына.

– Ну, уж нет! – весело рассмеялась та. – Так будет неинтересно.

Да и разве станешь ты меня слушать, если я его отпущу? Разумеется, нет. Как только Орсэй со своей второй половинкой покинут поляну, ты сразу же попытаешься меня убить. А я этого не хочу. Так что принц останется здесь. – На лице Виоры расцвела зловещая улыбка. – Итак, теперь все актёры в сборе, и можно начинать финальный акт нашей пьесы, – жестом профессионального фокусника ведьма вытащила из рукава какой-то пергамент, перевязанный чёрной лентой, – в котором жестокий король-тиран завещает королевство старшему сыну, а затем умирает, тем самым останавливая кровопролитную войну.

– Старшему сыну? – переспросила я, не уверенная, что мне не послышалось. – Разве Орсэй не единственный ребёнок в семье?

– Орсэй – единственный сын Суофис, – холодно ответила Виора. От её былой весёлости и расслабленности не осталось и следа. – Однако не единственный сын Его Величества. Не так ли, дорогой? – полный обжигающей ненависти взгляд впился в лицо короля.

– Бастард не может стать законным королём, – сквозь зубы процедил Рэйегорн, а я вдруг вспомнила замечание Виоры во время нашей прошлой встречи, что воспитание детей – крайне тяжёлая работа. Означало ли это, что король выгнал её беременную, и ведьма одна, находясь в бегах, преследуемая рыцарями, воспитывала его сына? Я не могла в это поверить. Даже Рэйегорн не настолько жесток.

– Отец? – Орсэй, похоже, был потрясён не меньше моего.