Половина моей души

И в этот момент, пока я терзалась сомнениями, зверь, оттолкнувшись задними лапами, прыгнул, намереваясь наконец-то схватить свою добычу. Юноша, впрочем, оказался весьма проворным, и ловко увернулся, отскочив к противоположной стене, одновременно успев полоснуть мечом по боку зверя. Тому, впрочем, от этого удара было ни горячо ни холодно – меч не оставил даже царапины. Я же заметила, что во время соприкосновения с лезвием шкура животного слабо замерцала. В одном юноша оказался прав: громадон был порождением чьей-то магии.

И убить или ранить его, скорее всего, можно было только ей же.

Обречённо вздохнув, я зажгла на ладони небольшую огненную сферу и с размаху швырнула её в монстра – тот взвыл от боли и развернулся ко мне.

– Ты – ведьма! – возмущённо воскликнул юноша.

– Да, я ведьма, – согласилась я, колдуя новый огненный шар. – И что? Предпочтёшь умереть, но не примешь мою помощь? Или всё же позволишь мне разобраться с возникшей проблемой?

Громадон, разъярённый моим вмешательством, полностью переключил своё внимание на меня.

Причём, очевидно, обладая достаточно высоким уровнем интеллекта, не стал пытаться приблизиться, а атаковал с расстояния: длинный хвост со свистом рассёк воздух, и его шип ударился в землю буквально в паре сантиметров от моих ног.

Я вновь бросила в зверя огненный шар, однако на этот раз громадон сумел увернуться, сделав какое-то немыслимое сальто, после чего уворачиваться пришлось уже мне – жало промелькнуло в опасной близости от моего лица.

В этот момент, пока громадон был отвлечён сражением со мной, юноша решил присоединиться к бою и набросился на зверя сзади, попытавшись пронзить живот, видимо, предположив, что тот должен быть уязвимым местом. Ничего подобного! С громким лязгом, словно ударился о камень, а не о живую плоть, меч отскочил от шкуры. Громадон, естественно, тут же переключился на нового противника. Я, воспользовавшись этим, бросилась вперёд: мои ладони, обе охваченные ярким пламенем, коснулись шерсти зверя.

Та, вопреки законам природы, не вспыхнула, однако само прикосновение для животного было крайне болезненным: оглушительно взвыв, громадон встал на дыбы и завалился на спину – мне лишь чудом удалось отпрыгнуть в сторону, в противном случае эта гигантская туша меня просто-напросто раздавила. Только вот, сосредоточившись на самом животном, его когтях и пасти, я упустила из виду хвост – и острое жало тут же вонзилось мне в живот.