Половина моей души

Впрочем, возможно, они просто чувствовали во мне свою и поэтому обходили стороной. Главное, болото и особенно поляну с Деревом Мертвецов избегали люди, что гарантировало мне спокойствие и уединение.

Опустившись на пожухлую траву в корнях дерева, я прислонилась спиной к шершавому тёплому стволу и устало прикрыла глаза – три бессонных дня давали о себе знать, и я была совершенно без сил. Хорошо хоть, отправляясь в путь, додумалась взять с собой полдюжины лепёшек и флягу с водой – этого вполне хватило, чтобы не умереть от голода и жажды.

Какое-то странное чувство – словно мурашки бегают под кожей, но не на спине, как это обычно бывает, а на груди и животе, –заставило меня открыть глаза. Вместо знакомых деревьев я увидела перед собой стены просторной комнаты, увешанные роскошными тёмными гобеленами, расшитыми разноцветными нитями, складывающимися в замысловатые узоры. Что примечательно, закрывая глаза в лесу, я сидела, а открыв их в незнакомом помещении, уже стояла.

Я растерянно повернулась. Справа от меня стоял небольшой прямоугольный стол на изогнутых ножках, заставленный серебряными тарелками с остатками чьей-то трапезы.

Чуть дальше, возле окна, занавешенного тяжёлыми парчовыми шторами насыщенного зелёного цвета, возвышался массивный шкаф с медными ручками в виде колец из переплетённых виноградных лоз. Развернувшись в другую сторону, я обнаружила огромную кровать под балдахином, застеленную белоснежными простынями, комод и ширму из тёмного дерева.

Нахмурившись, я подошла к ширме и осторожно положила на неё ладонь, вернее, попыталась – моя рука прошла сквозь дерево, не встретив никакого сопротивления.

Я вообще ничего не почувствовала, даже испуга не было, только бесконечная усталость и абсолютная пустота внутри.

В этот момент дверь, скрытая от меня за ширмой, распахнулась, и в комнату вошёл мой недавний знакомый, из одежды на котором были только штаны. Я окинула юношу флегматичным взглядом: судя по поджарому животу, мускулистым рукам и хорошо развитым грудным мышцам, он регулярно занимался физическим трудом.

Учитывая убранство комнаты и неплохое владение мечом, моё первоначальное предположение об аристократическом происхождении находило всё большие подтверждения – наверняка парень натренировал такую впечатляющую мускулатуру, стремясь стать рыцарем или даже членом королевской гвардии.

Вытирая волосы полотенцем, хозяин комнаты, начисто игнорируя моё присутствие, прошёл к шкафу, открыл его и вытащил рубашку бледно-голубого цвета.