Когда зацветет терновник

Это могло значить многое и не значить ничего. Просто обрывок перевязи, найденный на дороге. Мало ли, что понадобилось сумеречному эльфу в землях тинт, может, просто гулял.

Верей вернулся мрачный. Висящий на поясе артефакт чуть заметно пульсировал, значит, след был четкий.

— Едем, Эйтʹселейн, — сказал ката.

Тиэнле кивнул и решил, что перевязь покажет позже.

___________________________

[1]Первое совершеннолетие — 100 лет, второе — 300 лет, взрослым элфие считается в 600 лет, до этого времени вся ответственность за действия и поступки ложится на родителей и наставников.

[2]Эйт’селе́йн — случай, неожиданность.

Глава 3

Глава 3

Артефакт замолчал на окраине деревни, куда отряд прибыл после полудня. Верей велел затаиться и наблюдать, и выслал двух Стражей скрытно разведать окрестности. На взгляд Таэрена, это было лишнее. И ждать до утра тоже было лишним, и вообще, зря он навязался, сейчас бы отдыхал у себя после обеда, а малышка Кальти его порадовала бы, а может и не раз. Кажется, он задремал, привалившись спиной к дереву, потому что, когда зануда Верей, позвав его вымышленным именем, пнул по ноге, на небе угасал закат.

— Твоя очередь, — сказал ката, переходя на неформальное общение.

— Очередь для чего? — мрачно осведомился тиэнле.

— Твой дозор, Эйтʹселейн, через полчаса, — и кивнул на валяющиеся на траве ройн и маску, — полный доспех.

— Не слишком ли серьезно ты принял игру в простого Стража, Верей?

— Мы уже не играем, тиэнле. Ужин, дозор, сон, возмездие.

— Ты знал, — холодно уронил Таэрен.

— Знал еще до того, как мы выехали из Лотина. Это был урок, вы его провалили, тиэнле. Поэтому ужин, дозор, сон, возмездие. С этого момента и до границы Земель вы Страж и ваше имя Эйтʹселейн.

— Твое право, ката Верей, — ответил он, поднимаясь и глядя прямо на эльфара, и вряд ли кто смог бы расслышать в его ровном голосе раздражение и заметить недовольство в прозрачно-льдистых синих глазах.

И все было, как ката велел. Ужин — полоска вяленого мяса, хлебец, вода. Дозор — три часа неподвижного сидения в густой тени с видом на спящую деревню, в которой не происходило ровным счетом ничего. Здесь явно жили ремесленники. Единственное поле было пастбищем, имелся довольно обширный сад, запах яблок доносился даже сюда, в густой подлесок, где остановился отряд. За садом текла небольшая река, с заросшими камышом и осокой берегами.