(Не)истинная для Повелителя

– Из всех во дворце веревки вьешь и не краснеешь.

– Красные пятна моей благородной бледности не к лицу, – со знанием дела ответила кицунэ. – Я должна быть самой красивой во дворце, понимаешь?

Неста протяжно вздохнула и покачала головой. Нет, она совсем не понимала.

И что в сознании этой девчонки творится? То ребенок, то вовсе взрослая. Иногда слугам казалось, что оборотница способна становиться старше, а следовательно, и умнее. Но наваждение всегда спадало, и они отмахивались, ссылаясь на усталость и магию, что жила в чужачке.

Хотя, попробуй так назови Руну – в лучшем случае, со службы погонят, а в худшем… Сошлют. В неведомые дали, чтоб нигде не увидали… Пусть она была другой расы (о том, что она оборотень, додумывался уже каждый сам), все же являлась приближенной к правящей ветви.

А что позволяли ей Анкор и Янар…

Вот и растет – любимица Правителя и Советника, красавица с большими миндалевидными глазами, от которых дух захватывает – хитрая в свою породу, завидная невеста.

С минувших событий прошло больше двух лет.

Кто она, откуда, чья – тайна, покрытая рыжим хвостом. Конечно, сложить два плюс два тем, кто жил на территории дворца, было не сложно. Но официальных заявлений, подтверждений или опровержений от правящей ветви не было.

Просто одним прекрасным днем Советник отдал приказ обустроить детские покои в их жилом крыле, а Правитель представил слугам и подданным Руну, как свою воспитанницу.

Просто ребенок!

Чей? Государственная тайна.

Почему во дворце подле монарха? Лишь грозное молчание в ответ.

Все могли лишь смириться и не задавать вопросы – бессмысленно. В те годы, и гораздо позже, это событие и личность ребенка будут обрастать все новыми и новыми сплетнями. А истина… Ее, возможно, не узнает никто и никогда.

– Что читает моя принцесса? – найдя девчушку в библиотеке, Амон присел в соседнее кресло и разложил бумаги, которые необходимо было рассортировать по датам, а затем выбрать нужные для подписания.

Просторная библиотека с огромным столом посередине стала для Руны одним из излюбленных мест после появления истинного обличия. Она постоянно что-то читала, стоило обучить ребенка грамоте. С легкостью ей давались языки и арифметика. А уж о выборе “жанра” литературы говорить никому не стоило.