Тьма и свет: возвращение к истокам

Но это была лишь игра, видимо.

— Смысла сейчас нет искать того, кто прав, а кто виноват. Нужно найти решение. Как понимаю, это дитя все же дорого обоим, поэтому стоит подумать, как ее вернуть на правильную дорожку. Эх, Рильгарды на нее не хватает, — сама не заметила, как перешла на лекторский тон, от чего граф явно удивился. Это Фрид уже привык, что я из разгильдяйки могу превратиться в серьезную женщину за триста…

— Может сама ей и займешься? — хмыкнул Фридрих.

— Не пойдет. Она ненавидит меня и это вызовет лишь отрицание и обратный эффект.

— Говоришь так, будто раздумывала над этим вариантом.

— Ты не поверишь, но так и есть… Но тут нужен кто-то нейтральный… А может Гоэльнир?

— За что ты его так невзлюбила-то?

— Он сильный маг. При этом может ее в свои помощницы взять, чтобы она посмотрела на жизнь простого народа. Я уже успела убедиться, что мэр Айлана действительно заботится о населении столицы, а значит, сможет показать ей быт изнутри.

— Хм, а это действительно разумно, — согласился со мной герцог.

— Но с его…

— Да ладно, Арни, тебе ли не знать, что все шутовство Гоэля напускное.

— Тоже верно…

— Отлично! Я скоро вернусь, а пока приведите сюда Круэль, — произнес Фрид, и исчез в темной дымке.

— Знаете, Эврил, впервые вижу Фридриха таким, — произнес граф, когда мы остались одни, — Знаком с ним с тех пор, когда сам был мелким проказником. Тогда он меня даже пугал до дрожи. Лишь позже понял, что этот его образ очень важен для герцогства, а на самом деле он справедливый и в целом добрый человек.

Но все же именно ощущение счастья от него исходит впервые. Спасибо! Может он и не понимает, но для нас всех лорд истинный правитель, которого любим всем сердцем. Без него мы бы уже загибались под гнетом империи, поэтому…

— Арнон, не стоит. Он прекрасно знает свою ответственность, и поверьте — к вам относится так же. Фрид действительно ценит своих людей.

— Да… Мы знаем. А могу ли полюбопытствовать, как вы смогли встретиться, ведь вы из далекого королевства.

— Скорее из другой эпохи, — усмехнулась я, но договорить не дали, так как в помещение ворвалась заплаканная женщина.

— Папочка! — вскрикнула она, бросаясь в ноги графа, — эта тварь…

— Прекрати! — внезапно рявкнул Арнон, дав дочери пощечину, от чего та в страхе отползла от отца.

Я не стала вмешиваться в воспитательный процесс. Судя по тому, что увидела, Арнону это тоже трудно далось. В глазах плескалась боль, а крепко сжатые кулаки показывали его гнев.

— Ты и так многое натворила, Элла.