Ее звали Элис. Часть 2. «Время любить»

И суп с фрикадельками тоже. Да и бочонок с лососем это не так уж плохо. И перепелки , если правильно приготовить очень вкусные. В общем, не недостаток питания был самым страшным испытанием здесь. Я поняла. Разрывалась твоя душа между прошлым и настоящим. И страдала от одиночества. А мы сидели и просто ждали-гадали «Где же ты», а могли бы и спасти тебя , если бы реально начали искать..

Лиза встала и прошлась по лужайке. Да, красиво здесь, но страшно, и страшно одиноко. Опять сложила тетради в сумку и пошла по знакомому коридору.

Фонарик еще жил и освещал стены тусклым светом. Вот и дверь. Но попытки открыть ее были безуспешными. Лиза, взбудораженная чтением дневников, уже не знала, что ей делать. То ли сесть здесь у двери и ждать , пока ее откроют с той стороны, то ли идти обратно и снова попробовать завтра. Ага.. сидеть здесь в темноте, нет уж… Девушка опять вернулась и уже без всякого воодушевления топила печь, грела воду, ужинала, смотрела на заходящее солнце. Щемящее чувство начало охватывать ее, как будто сегодня солнце сядет, и завтра не взойдет. Но нет… Утро наступило , и солнце, и лес, и птицы – все было на месте, жило, звенело, дышало. Привычным шагом Лиза направилась в коридор, снова миновала пелену, а дальше стоп… Проход был, а дверь была завалена землей. Фонарик еще поморгал несколько раз и предательски потух. Девушка села, опираясь спиной на остатки стены, и закрыла голову руками. Что случилось? Стоял коридор сотни лет, а тут на тебе , обвал. Из всех глубин подсознания лезли страшные и ожесточенные мысли. Это – Элис, она не хочет возвращаться. А зачем? Ну, впусти меня, и не хочешь - не возвращайся. А кто еще мог знать, что она здесь? Тетя! Тетя Агнесса! Очень тихо у нее было, когда они с Элис разговаривали на кухне. Если она с родной сестрой могла так поступить, то кто знает, что у нее в голове сейчас. Она не хотела быть уличенной в предательстве, раз скрывала его все эти годы. А услышав, что я собираюсь идти по маминым следам, вполне опять могла эти следы замести. Господи, она могла убить Элис- эту средневековую наивную девушку. Ведь та не почувствует угрозы. Ну а мне то что делать? Копать землю? Пойду искать лопату… Ты , мама, была Робинзоном Крузо, а я, похоже, начинаю быть Эдмоном Дантесом, Графом Монте-Кристо. И, ощупывая стены, Лиза вернулась в темную комнату.

Элис лежала на больничной койке, и ей никуда не хотелось идти. Лежать бы здесь всегда. Тепло, кормят три раза в день приличной, хоть и не знакомой, пищей.