Ее звали Элис. Часть 2. «Время любить»

- Господин Альберт, я случайно услышала ваш разговор, извините меня. Хочу Вам сказать кое-что про корни. Выдать, так сказать, одну тайну, но все это ради Элизы. Она не моя сестра. Да, Филипп, тебе я тоже не говорила, потому что для тебя это не имело значения. А для Господина Альберта - имеет. Элиза прибежала ко мне девочкой, с раной на голове, и небольшой сумкой в руках. В сумке был кошель с деньгами и небольшая миниатюра. Она ничего не помнит о своем прошлом - рана на голове дала о себе знать. Но очень хочет вспомнить.

Эти способности к языкам возникли не на пустом месте, просто Святая Урсула разрешила им всплыть в памяти. А не так давно, Элиза встретила художника, который по миниатюре восстановил семейный портрет. Если Вы завтра у нее спросите, то я думаю, она Вам покажет. Только не выдавайте меня, прошу Вас.

Бэлла встала и, сделав книксен, на прощание добавила: «Дорогой, не сидите долго. Не забудь проводить Господина Альберта в комнату для гостей. Во вторую. В первой спят слуги. Эликсир для переваривания мяса стоит на кухне.

Выпейте оба. Спокойной ночи ». Мужчины остались сидеть с открытыми ртами, особенно Филипп.

Лиза не спала. Она лежала и думала об Альберте. Уже почти ночью, Бэлла тихонько рассказала ей, что он порывался извиниться, и что еще изменилось в ее легенде. «Да , я тут, как в тылу врага, легенды, явки, пароли. Ой, как бы не завраться. Но Альберт - хорош, так хорош, что голова кружится. Ладно, назвался груздем - полезай в кузов. Утро вечера мудренее» - перебрав все известные ей пословицы, она заснула.

Альберт тоже не спал. А он думал о Лизе. Пиво-пивом, вино-вином, но эликсир Бэллы слегка отрезвил его, и он смотрел через голову в окно, где серп луны висел над лесом, а деревья своими ветвями хотели до него дотянуться…Чудо…Но мысль в голове продолжала биться, отчаянно пытаясь найти выход. Если Бэлла сказала правду, и у Элизы есть семейный портрет, то это совсем другое дело, это значит что она благородных кровей. И он сможет представить девушку отцу. А деньги это вопрос пятый.

С такими достоинствами, как у Элизы, может, и вопрос денег удастся обойти. Приняв такое решение, он тоже уснул.

Филипп с Бэллой долго лежали молча. Наконец, Филипп, положив руку жене на грудь и нежно перебирая ее, тихо сказал: «Я боюсь, что к завершению твоего гениального плана, я стану седой. Ты этого хочешь?» Бэлла, развернувшись к нему всем телом, ответила: «Я тоже этого боюсь. Но ты, все-равно, останешься моим любимым мужем. Цвет волос не важен.