Не злите Веронику!

При ходьбе даже водило из стороны в сторону, как в дупель пьяного матроса на палубе шхуны в сильный шторм

– Посиди и чуток успокойся. Айтэ уже рассказала магистру Рэйнэлю, что тут произошло. Кого-то ждут очень крупные неприятности. Как и серьёзный разговор с Хранителем Зеркальных Путей Эйвином и его Видящей.

Глава 4. Не твоё – не трожь!

Она что-то прошептала, и оцепенение отпустило Роара:

– Малыш, ату наглого Аллара! Только сначала я его метлой угощу. Кобель перелётный тут выискался в охоте! – со свистом хлестнули прутья ведьминской метлы, оставляя вспухшие следы на смазливом лице фея.

Наконец, неудавшемуся соблазнителю всё же удалось выбраться на твёрдую землю. Там его терпеливо ожидала расплата за наглость и подлость. Мне девушки велели не вмешиваться, и так уже порядком досталось. Янтарный дракончик пришёл в себя через несколько минут и с возмущённым шипением набросился на нахала, посмевшего посягнуть на его Компаньонку и Подругу.

С возмущённым верещанием он вцепился острыми когтями в щегольские панталоны в районе того самого места, на котором приличные люди и иные разумные личности обычно сидят.

Раздался оглушительный треск, вслед за которым раздался возмущённый вопль фея, убегающего прочь, сверкая голым задом.

– Ату его, Роар! – в унисон улюлюкали три девицы, одобрительно свистя и хлопая друг друга по спинам.

– Пошли на занятия, Ника, надеюсь, этот хлыщ на некоторое время оставит тебя в покое, – мечтательно протянула Ларна.

– Ага, держи карман шире! – осадила её Айтэ. – Этот гад, если привязался, пока рядом кто-то очень сильный мужского пола не появится, или своего не добьётся, даже не мечтай, Ника, что отвяжется.

– Ууу, ненавижу блондинов после истории с ним. Причём раса не важна вовсе! – прошипела фея, помогла мне встать на ноги и открыла Путь в Академию.

Разобиженный на весь белый свет Аллар решил, что можно немного себя порадовать в качестве заслуженной компенсации за порванные Роаром дорогущие панталоны.

Только он не знал, что мой Компаньон твёрдо решил постоянно за ним присматривать. Поэтому мы теперь всегда были в курсе, что задумал несносный «любитель земных красоток».

– Да что они о себе возомнили?! – возмущался фей в голос, благо в своём дворце он обычно был один: от его нытья все сородичи испарялись до того, как тот успевал их засечь. – Я – существо нежное, любящее, а они меня бить и драконом травить.