Пламя инквизиции

Из рассказов мамы я узнала, что добраться до этого оазиса среди пустоши ей, как и многим другим, помог какой-то загадочный мужчина. Он был одет в тёмные одежды, и его лицо было скрыто за слоями ткани. Но спас он многих, некоторых даже от костра, правда я не могла понять, как ему это удавалось. Мама говорила, что это скорее всего такой же шпион, как и мы, только Альберто о нём ничего не известно.

Меня же просто выкупили. Хотя стражник сказал, что обошлась я в кругленькую сумму, но забрать меня легко и без неурядиц помогла шумиха из-за того, что Главный Инквизитор был едва жив, а ещё произошло какое-то из ряда вон выходящее событие в стенах тюрьмы, что почти все инквизиторы ринулись его устранять.

Что заставило их всех бросить такое представление как казнь ведьмы выяснить пока не удалось.

Альберто отбыл в Лунагард через пару дней, на прощание он проникновенно смотрел мне в глаза, но меня такие метаморфозы в его ко мне отношении откровенно пугали. Поэтому, когда он попытался взять меня за руку, я позорно отшатнулась и лишь помахала.

Мама, глядя на это всё, сокрушённо качала головой.

А ещё меня мучал непроходящий насморк. В темнице я думала, что это из-за холода каменных стен и пола. Но время шло, а ничего не менялось, и целебные чаи вместе с лёгкой противопростудной магией никак не помогали. Мама задумчиво смотрела на меня и трогала лоб, пока однажды не спросила:

- Алекса, давно у тебя были женские дни?

Я поперхнулась печеньем, которое напекла целый поднос.

- Я... я не знаю, не помню.

.. столько всего было... А что? - тараторила я, уже понимая, что было это давненько.

‐ Просто, когда я ещё не знала, что жду тебя, то тоже пыталась вылечить простуду...

Я непроизвольно положила руку на живот и поняла, что скорее всего, прошлое теперь навсегда со мной.

Глава 42

Леонардо прислонился спиной к сводам пещеры. Запястья уже почти не болели и кожа восстановилась, хоть и была покрыта теперь рваными шрамами. А вот душа... она горела огнём и не успокаивалась ни на секунду.

Где его девочка, как отец мог поступить так с собственным сыном?! Лео даже в мыслях было противно называть этого человека отцом.

Главный Инквизитор под видом задания заманил сына в ловушку, сковав его специальными кандалами и на много дней заточив в одной из камер. И с тех пор жизнь Леонардо стала напоминать кошмар: инквизиция не поскупилась для своего слуги на порошки и отвары, а также курительные смеси, которые в изобилии применяли на охотнике.