Пламя инквизиции

Отказаться и не выполнять поручение? Как я тогда буду жить, понимая, что могла спасти десятки человек от Пустоши или от костра Инквизиции, но не сделала этого? Да и клятву я давала…

Мысли толкались в моей горячей голове, даже купание нисколько не расслабило меня. Выбор был очевиден. Пусть после моей смерти боги судят меня за мои дела, я же сделаю то, что должна.

Так я оказалась у спальни инквизитора в одной сорочке, поскольку она из мягкой ткани и не шуршала. Я сделала глубокий вдох и медленно отворила дверь: в комнате было тихо, даже не слышно было дыхания инквизитора.

Я сделала шаг вперед, оставив за собой лишь тонкую полоску света в надежде, что глазам этого освещения будет достаточно, и я найду то, что мне нужно. Я решила спрятать артефакт в ножнах, ведь кинжалы всегда при инквизиторе, когда он на охоте, и этот предмет я увидела сразу, так как из окна на них как раз светила луна . Я не стала растягивать удовольствие, быстро достала оружие, бросила артефакт, он тихо прошуршал по кожаному чехлу. Я вернула кинжал на место и собралась уходить... Но тут полоска света стала шире, правда ненадолго.

Дверь с тихим щелчком закрылась и я осталась с инквизитором один на один в его комнате. Я сразу вцепилась в свои плечи руками в неосознанной попытке защититься, и приготовилась к худшему, ведь он застал меня на горячем…

И вот чего я никак не ожидала, стоя в ожидании справедливой расправы и крепко зажмурив глаза, так это нежного касания тёплой руки к своему лицу.

- Лео… - охрипшим голосом сказала я.

Я не знаю, что я собиралась сказать человеку, который, застукав меня на месте преступления, вдруг притянул к себе и уткнулся своим носом в мой.

- Ты умеешь удивлять, моя девочка, - сказал он, а я даже не успела удивиться его спокойствию, ведь я ожидала куда более бурной реакции.

Инквизитор вдруг нежно, но так горячо припал к моим губам, что я тут же потеряла связь с реальностью. Он целовал меня будто впервые и одновременно в последний раз, прижимал к себе так отчаянно, но так бережно, гладил руками мои обнажённые плечи и целовал, целовал, целовал…

Я даже не заметила, когда мы перестали стоять напротив окна, а я оказалась сидящей в его объятиях у него на кровати.

И тут до моей бестолковой головы наконец-то дошла элементарная вещь: он решил, что я согласилась стать его любовницей! Меня бросило в жар, потом в холод, поскольку я осознала, что путь назад уже отрезан.