Невеста для хозяина

Лицо капитана не выражало никаких эмоций, словно ему была безразлична судьба отдельно взятого бомжа; скорее всего, так оно и было – найти в себе эмпатию ко всем «клиентам» могли немногие сотрудники правоохранительных органов.

– Они же летом вроде к вам не торопятся, – сказал Руслан. – Это по зиме, как я слышал. Погреться, в тепле поспать и всё такое.

– Да кто его знает, – капитан дернул плечами. – Может, санаторий решил себе устроить, может, ещё что. Он же не рассказывает, про внезапно возникшую ненависть к витрине говорит.

Хотя как можно витрину возненавидеть? Это колбасный киоск, очень популярный, его один фермер держит, – зачем-то пояснил он.

– А про меня не спрашивал? Откуда мои звание-фамилию знает?

– Спрашивал... – капитан отмахнулся. – Тоже молчит.

– А приступ серьезный? – уточнил Руслан. – Если долго ждать, я лучше пойду, и так день уже почти закончился, а я ещё до дома не добрался.

– Да нет... вон докторша выходит, сейчас скажет.

Со стороны камер КПЗ к ним действительно шла молодая девушка в белом халате и маске на лице. Она как-то безошибочно определила главных в этом помещении и подошла к капитану с Русланом.

– Воняет от него – жуть, вы бы его хоть вымыли, – недовольно сказала она через маску.

– Осудят – помоем, – философски заметил Угольников. – Что с ним?

– Да поживет пока... правда, боюсь, не слишком долго – при его-то образе жизни.

Лечение нужно серьезное, но у нас и в центральной больнице такое не делают... Только в столице. Я бы рекомендовала его сразу в тюремную больницу определить, пусть там свой срок отбывает, может, протянет ещё год или два. На сколько его планируете?

– Там хулиганство, пятнадцать суток.

– А... это он переживет, – устало констатировала врач. – А потом обратно, на улицу? – капитан кивнул. – Ну тогда не два... год, дай бог, проживет.

– Над этим мы не властны.

.. – пробормотал Угольников. – Вы с ним закончили?

– Да... укол сделала, аспирин дала, там больше ничем не помочь... в таких условиях.

– Всё равно спасибо, – капитан улыбнулся.

Врач сделала неопределенное движение ладонью – и направилась к выходу из отделения. А Угольников повернулся к Руслану.

– Ну что, лейтенант, теперь это пациент твой.

***

Руслан постоял в дверях камеры, привыкая к полумраку и вони.