Холодное сердце пустыни

Это уже потом он узнал, что Думиса пришел на Арену сам. Мастер ядов, погрязший в долгах и решивший развлекать толпу – ведь за это свободным хорошо платили, да и женщины вольных гладиаторов любили. Владел мечом Думиса неважно, но зато прекрасно стрелял отравленными дротиками из специальной трубки…

А еще – он прекрасно втирался в доверие, договаривался с надзирателями гладиаторов-рабов, подселялся к ним “соседом” и давил на жалость и стыд.

Ведь не столь уж многие рабы-гладиаторы готовы убивать раз за разом.

Иной может и поддаться, потеряв желание жить ради того, чтобы дарить смерть. Тем более если против тебя выйдет тот, кто еще вчера тебя штопал и назывался твоим другом, кто знает о твоих потерях и рассказывал тебе о своих.

Впрочем, хитрость Думисе с Паулем не помогла. А вот Паулю хитрость Думисы очень помогла. Точнее его подлость и любовь к ядам.

Кто знал, что халиф очень любит смотреть на бои Ариш Тель Лана? Пауль даже не подозревал. Хоть и заметил в какой-то момент, что кормить его стали гораздо лучше, чем других.

Но не думал, что все так, мало ли среди посетителей Арены богатеньких меценатов? Он слегка надеялся, что его с Арены выкупят, ну или халиф свободу подарит, но все вывернулось совсем в другую сторону.

– Пауль, – Мун коснулась сжавшегося по инерции кулака Пауля, заставив его вздрогнуть и снова уставиться на девушку. Лишний раз удивляясь, как сразу не был ослеплен этой странной пустынной лилией.

И как у того сброда вообще поднялась рука прикоснуться к ней, да еще и с грязными намереньями.

Эту девушку хотелось любить. Неторопливо, со вкусом, постепенно складывая целый мир к её ногам.

И дело сейчас даже было совершенно не в её красоте. Хотя красивая она была до одури, был бы чуть повпечатлительней – потерял бы сознание. Но предпочитал любоваться. Украдкой и прямо, без разницы, лишь бы не отрывать от неё глаз.

Дело сейчас в основном было в искренности, таящейся на дне этих колдовских глаз.

– Я что-то не то сказала? – тихо спросила девушка, явно восприняв его напряжение на свой счет.

– Ну что ты, лилия моя, – горько откликнулся Пауль. – Вот только я не знаю, что видела Сальвадор. Но знаю, что Мег умерла, еще когда мы с Риком пытались выйти из пустыни.

– Как вы узнали? – Мун недоверчиво прищурилась.

Пауль тихо вздохнул, прикрыв глаза. Вспоминая.