Жена для злодея, или нельзя (влю)убить Кощея

По принципу: ты воспарил - и хлоп тебя газетой!

Уж больно мне нравилось, как злодей ужом извивается на сковородке, пребывая в безвыходной ситуации. Для него тоже выход был только один, как и мне, было что терять.

А отбор я как-нибудь продую. Трудно замуж выйти, а вот в девках засидеться - легче легкого.

Самоуверенности и самомнению злодеев можно позавидовать. Они что, наглость в виде пилюль принимают? Или это болезнь такая, наподобие чесотки, зудит и не проходит?

- Я выиграю, не сомневайся! - потянулся губами к моим губам наглец и…

Поцеловал палочку-выручалочку, что я, словно средневековый меч, между нами поставила для защиты своей баба-ягской чести.

Железо пришлось не по вкусу Костику. Как ни странно, и скалке тоже. Возможно, мне показалось, но железяка явно дернулась в руках, стараясь увернуться от Кощеева поцелуя. Даже палка-убеждалка не хочет с ним целоваться, я железку прекрасно понимала.

Первый раунд за мной. Я победно ухмыльнулась.

Кощей уступил и отступил, но тут же расцвел. По самоуверенной улыбке и наглым собственническим взглядам, что бесили, было понятно: не сдается злодейский гад, уже планирует, как обыграть меня.

- Ий-й-эх! - прежде времени размечтался Кощей. - Мы с тобой, Яддушка, всю изнанку на уши поставим! От сейчас дельце одно закончу, да отбор этот чертов пройдет - так сразу!

- Ну-ну, мечтай, Кощей, воробьев по осени стреляют.

С кухни я отступала исключительно спиной вперед, как те зомби в водной глади, которым было приказано отравить всю еду.

И все это под некормленым, вожделеющим взглядом Кощея, которому сегодняшней ночью ничего кроме поцелуя с железякой не обломилось.

Злодей смотрел, сглатывал голодную слюну, но кинуться на добычу остерегался. Железа он сегодня уже попробовал в буквальном смысле слова. Станет настырничать - попотчую дополнительно, по всем доступным поверхностям тела.

До чего мне моя палка-превращалка нравилась, удачная находка. Что хочешь из нее сделать можно, веский аргумент в любом споре.

Выйдя с кухни, я развернулась и побежала в свою светелку, даже не сомневаясь, что тылы прикроют домик-сундук и рота алкогольных белочек. Они, будучи поданными лешего, на дух не переваривали чужого злодея.

Только один раз я обернулась, чтобы увидеть пристальный взгляд Кощея, провожающий мою спину.