Хранители цепи миров: срединный путь - Шемлад 2

***

– Ваш лидер ржавый дурак! – однозначно и гневно заключила Мильтасьи.

Лежа корпусом на прилавке и приложив лоб к поверхности, Владимир ответил:

– Я же говорил. Он очень хороший человек, открытый, добрый…

– И при этом старый дурак! – словно треснула молотом, вновь прогремела кузнец. – Если он верил в знаки, то получив от тебя дары, должен был сменить стратегию. Увести отряд от беды! Если в качестве метала, есть сомнения, другой оттенок, лишние примеси, не следует ковать из него. Или же жди, что изделие даст слабину, треснет или обломиться.

Старый болван подвёл весь отряд, своими мужскими принципами! По делам? Вот и получил по делам! – пылко закончила она.

Слова Мильтасьи больно били прямо в сердце и в это мгновение картинка сложилась. Владимир всеми силами держался за славный образ Жаротейна. Его опыт, осторожность, прочее. Но именно принципы подвели славного мужа, ведь они не учитывали аномалии вроде Хэйста. И несомненно такое сложно предугадать. Однако Жаротейн действительно мог перестраховаться, пойти на уступку и сменить план.

Исцеление ограничения, сила Аннет, зелья – отряд получил колоссальное преимущество. Можно было, и поступиться с привычным взглядом, ради будущих успешных походов.

«Обида возникает вследствие рассогласованности между ожидаемым и реальным поведением обидчика», – напомнил себе Владимир. Вот что он упустил, цепляясь в светлый, непогрешимый образ лидера. Крупный добряк мог ошибаться, и поступил глупо – именно это, так не хотелось принимать. Именно это, так расстраивало.

И не желая верить в погрешимость лидера, Владимир пытался взять на себя больше ответственности за провал.

«Все ошибаются… это факт. Вторая могла бы попытаться убить меня после лечения – тогда бы ошибся я. А значит такие ошибки, как и лишние смерти, придётся принять, или…» – думал он, чувствуя на спине руку Мильтасьи. Она не влезала в его рассуждения, а как мама когда-то, после беды, участливо поглаживала его спину, находясь рядом.

«Или снять дом и ни с кем, не сближаясь включить Володьку огородника», – такое простое решение вызвало смешок.

Оторвав лоб от прилавка, Владимир выровнялся и посмотрел на Мильтасьи. Удивительная женщина, услышав о снятии ограничения, никак не отреагировала на это и не спешила просить его об услуге.

– Спасибо, я всё для себя понял. Только не ругайся больше на Жаротейна. Он мне папку напоминал, такой шумный, весёлый… – обнаружив, что опять вот-вот соскользнёт в сопли, Владимир прочистил горло и перевел разговор в другое русло.