Хранители цепи миров: срединный путь - Шемлад 2

Зелёные молнии остановились и пропали, затем и завеса.

– Убирайтесь нелюди! – Фигура в плаще отшагнула к стене, пропуская врагов. – Но имейте ввиду! Приблизитесь на расстояние тридцати трех дрелов и сразу убьёт, – воздух вокруг неё опасно засверкал алым.

Сквозь боевую сосредоточенность, где есть лишь враги, союзники и ты, Хуф начала догадываться кто эта фигура. Прижимаясь к противоположной стене знания, таща тело выродка, его дружки скрылись. Стоило им уйти как фигура приблизилась, алые огоньки пропали.

– Хуф, это я, – прозвучал обычный голос Чуйлуми в трех трелах.

– Я решила, что тебе необходимо немного времени подумать. Переживала, что не примешь меня с моими просьбами, потому не оказалась здесь раньше.

– Чуйлуми кто ты на самом деле? – настороженно произнесла Хуф. Слишком разным для неё сейчас являлась фигура и Чуй что не могла за себя постоять. Слишком далёкой была маленькая беззащитная подруга от женщины, что была готова убивать.

– Ты же знаешь, я фэйху дождя, всё та же Чуйлуми. Но как Володя любит говорить, просто, теперь без ограничения.

– Он видел твою силу, поэтому ты определяешь стратегию группы? – попыталась Хуф собрать всё в понятную структуру и определить иерархию. Круглые молний в руках это одно, а сложная магия, в которой Хуф плохо разбиралась совсем другое. Менять голос, скрывать обзор – это не просто стихия.

– Видел. Но нет, он не слушает меня, если ему не хочется. А я не посмею давить, и дорогая Хуф, он тоже сильный, прошу, прими его.

– Так кто ты? – Хуф припомнила это «дорогая» и запах грозы, именно тогда подруга изменилась.

И дело было не только в магии, она словно встретила чуждого человека.

– Если коротко, то двуслойный маг молний. Но тебе, скорее всего не понятно, что я хотела сказать. А я не знаю магтеории сатийцев, чтобы объяснить лучше. Попробуй принять правду, вспомни, я всё такая же, но у меня появилась возможность влиять и защищаться силовыми методами.

– Понятно, – оторопело произнесла Хуф. В следующий момент Чуйлуми сблизилась с ней и обняла, как это бывало, когда ей было плохо от нападок других или в редких случаях, когда она делилась радостью.

– Хуф, это я, – дрожащим голосом, тихо произнесла подруга, и Хуф-хайде наконец стало спокойней. Этот жест был хорошо знаком ей.

– Прости, ты напугала меня, всё быстро меняется. Я не поспеваю. Теперь ты защищаешь меня, и я не представляю, где теперь моё место.

– Я хорошо тебя понимаю, я тоже не справляюсь, – тихо и так знакомо, со слезами говорила Чуй.