Свободная Джуан

Он развалился на толстой ветке дерева, едва скрываемый листвой.

— Ты сильно рискуешь, — заметила Джуан, когда пришла к нему под покровом темноты.

— Ты тоже, — парировал он. Девушка задумчиво наблюдала за ним, за его манерами и движениями и он, непременно, заметил это.

— Для баронессы ты слишком любопытная, — отчитал он Джуан.

— А ты для варвара слишком хороший, — сложив на груди руки, заявила она. Северин взглянул на неё сверху вниз и лишь неоднозначно присвистнул.

— Хотя на варвара ты совсем не похож, — чуть подождав, добавила девушка виноватым тоном.

— Как и ты на баронессу, — заметил Северин. После этих слов они долго смотрели друг на друга, и внезапно, когда сил сдерживаться уже не осталось, они рассмеялась. Джуан еще никогда так не смеялась — свободно и громко, словно они были одни в целом мире и лишь звёзды могли их услышать.

— В твоем дворце правда плохо живется? — спросил Северин, когда они наконец-то отсмеялись.

— Нет, там не плохо, просто это место не для меня, — пояснила Джуан, усаживаясь на мокрую траву.

— Почему?

— Там нет воздуха. Там много комнат, но такое ощущение, что ты сидишь в узкой коробке и на тебя давят стены. Там тишина, которая громче любого звука. Там я чувствую себя... одинокой.

Северин долго молчал ничего не говоря, то ли над чем-то задумавшись, то ли просто задремал, Джуан не знала, но здесь с ним ей было совсем не одиноко, и стены не давили на неё, и воздух здесь сам заполнял легкие, а тишину сменял ласковый шелест листвы и шепот воды у подножья утёса.

— Мне всегда казалось, что там как-то...уютно, — признался Северин и Джуан было подумала, что ослышалась, но нет.

— Что ты! — быстро воскликнула она. — Там ужасно! Это самое худшее место на земле.

— Дом не может быть самым худшим местом на земле, — не согласился Северин.

Джуан промолчал. Она задумчиво всматривалась вдаль.

— Ты раньше приходил сюда? — поинтересовалась она.

— Да, почти всегда, — ответил Северин.

— Желуди ел? — проворковала Джуан.

Северин обиженно фыркнул:

— Я собираю желуди, а не ем их, — сказал он таким тоном, будто его оскорбили до глубины души.

— В первый раз ты говорил иначе, — весело сказала Джуан. — Зачем они тебе?

— Для малышей. Они их любят. Мои братья и сестры, — пояснил он.

Джуан резко посерьёзнела.

— Ясно, — сказала она и, помолчав немного, добавила: — ведь это не единственная причина, почему ты сюда ходил, я права?

Северин мрачно кивнул.

— Твой дом тоже...