Муза в Академии магии

Мы с Алей вместе дотронулись до него, и на нем появились руны, которых даже дарр Иклз не знает. Истоки не дали никакого ответа Варфоломею, вот я и решила прийти к ним сама.

– Аля – это кто?

С ненавистью посмотрела на него.

– Вообще-то твоя дочь. Хорош, папаша. Дома чаще надо бывать.

Дарринг проигнорировал мои слова.

– Покажи, – я достала камень и положила на протянутую ладонь.

Он повертел его, разглядывая символы, отдал мне.

– Спрячь и никому не показывай. В пещере смотри внимательно.

И ребенка, то есть Алю, не давай никому на руки и не давай ей ни до чего дотрагиваться.

Он отпустил меня и догнал отца Иримэ, начав обсуждать детали предстоящего мероприятия. Иримэ вилась ужом около Дарринга, стоя ему глазки и всячески привлекая к себе внимание. Один раз она обернулась ко мне с победоносным видом. А мне ничего не оставалось, как плестись в хвосте процессии, держа на руках чужого ребенка. Хотелось, чтобы все знали правду. Что это не я нагуляла где-то ребенка, что Дарринг – мой жених, и чтобы эти противная девчонка перестала вертеть хвостом около него.

И еще, чтобы кто-нибудь забрал у меня ребенка. Потому что от постоянных хождений с ней на руках, у меня болели плечи и отваливались руки.

Мы дошли до пещеры, около которой столпилось человек десять. Некоторых я узнала, это были преподаватели из Академии, другие были одеты более официально и напоминали «людей в черном» - суровых исследователей необъяснимого. Дарринг прошел вперед и встал перед входом.

– Прошу внимания! – выкрикнул он, все замолчали и повернулись к нему. – Сейчас мы с вами войдем в пещеру. Прошу оставить здесь все магические артефакты, палочки и зелья. Внутри прошу ни до чего не дотрагиваться.

Он прошел вперед, за ним потянулась вереница людей. Иримэ отошла от отца, догнала Дарринга и вцепилась ему в локоть.

– Господин ректор, вы не поддержите меня? В пещере темно, и я боюсь споткнуться.

– Конечно, дарриса, – взял он ее под руку.

В этот момент мне хотелось убить их обоих. Посадить Алю на землю и демонстративно уйти. Значит, то, что мы вместе – уже не имеет значения? Выскочку Иримэ можно держать под руку, чтобы она не упала, а я с ребенком на руках должна идти сама? Гнев сменился обидой, я сжала челюсти, чтобы не расплакаться прямо там.

– Прошу разрешить помочь вам, – услышала я знакомый голос рядом, – даме с ребенком будет сложно в пещере.