Обжигающий лёд и Ускользающее пламя

Быстро нашла то самое, которое вызывает почти мгновенный сильный понос. Лучезарно улыбаясь,прислушалась. Из коридора не доносилось ни единого звука. Кроме небольшой компании, сопровождающей терзающего мои бедные уши приятеля Кирина, во дворе академии тоже никого не наблюдалось.

Осторожно выглянула из-за шторки в весёленький голубой цветочек. После чего свершила свою месть без всякой жалости. Неудачливый бард местного розлива коротко рыкнул и побежал искать ближайшие кустики. Как я сразу поняла, марать добротные штаны из дорогого бархата он не пожелал.

Остальные, опасаясь подвоха, тоже немедленно расползлись кто куда. Довольно вздохнула и снова юркнула в постель. Я искренне надеялась, что, на этот раз, меня оставят в покое.

Ставший ненавистным звук вырвал из объятий странного видения. Его смысл от меня ускользал. Вокруг меня плясало Красное Пламя, явно магической природы и тёмное. Интересно, к чему все это было? У меня не было сильных способностей, как и у всех в роду Ларрэрр.

Хотя он был славен именно талантливыми специалистами в области проклятий, темных ритуалов и, иногда, колдовских воздействий. Если колдовской дар вспыхивал чуть ярче, чем у остальных.

С трудом удержалась, чтобы не пожелать горе-будильнику всех благ в формате полного комплект тотального невезения. Нехотя выползла из-под одеяла и отправилась в душ со скоростью улитки. Взбодрившись под прохладными струями, привела себя в порядок.

Облачилась в форму академии, которая, что удивительно, шла абсолютно всем адептам.

Далее всё шло уже по накатанной за месяц колее: завтрак, построение, утренние тренировки, занятия, прерываемые обедом, потом снова построение, занятия, домашнее задание, ужин, свободное время, вечерние процедуры и крепкий сон до рассвета. Свободного времени оставалось ровно столько, чтобы успеть сделать всё. Я прекрасно понимала, почему нам не дают слишком много воли, но это открытие совсем не радовало.

Торопливо поела и вместе с остальными пошла на плац. Поискала глазами свою группу. Услышать прямо над ухом голос не скрывающего своего торжества Кирина было совсем неприятно:

– Детка, ты напрасно сопротивляешься неизбежному, – огонёк в каре-зелёных глазах говорил лишь об одном. Я, мало того, что умудрилась чем-то вызвать интерес у молодого человека, так он ещё и день ото дня разрастался со скоростью лесного пожара.