Дикое Сердце

Такой кошмар ещё попробуй забыть, — Ванклиф из солидарности повторил за приятелем фокус с исчезновением пива, но пробовать чипсы со вкусом медведя не стал.

— Не могу не сравнивать ту откровенно собачью жизнь в питомнике лаборатории моего клана, и эти райские кущи в академии. Чёрт подери этого Хигса!

Дарнэт резко вскочил и яростно завыл: его оглушительный протяжный вой медленно сменялся с гнева на скорбь, пока окончательно не затих. Винг никогда не был мастером излагать как следует, вот и сейчас предпочёл вой, вместо слов.

— Полегче, друг! Мой эхо-пузырь идеален, но ты так пронзительно излил свои чувства, что мог и порвать заклинание!

— Я просто не могу так больше! Этот Хигс! Он, он... — оборотня с золотой шевелюрой будто заклинило.

— Да что он тебе сделал-то?! — не выдержал Ларри, силой усаживая друга назад в кресло.

— В том-то и дело — он сделал всё правильно, по совести, увидел во мне простого оборотня, а не жертву экспериментов.

За что я ему так благодарен... так благодарен, что мне кусок в горло не лезет без самоедства! Ауууууууу!

Дарнэт Винг опять завыл, а Ванклиф был настолько пьян, что непроизвольно подхватил и тоже присоединился к собачьему караоке.

— Я будто за всё ему теперь должен, а он мне на это говорит — НЕТ! — наконец объяснился Дарнэт, когда прекратил выть. — У меня в голове не укладывается... Хигс имел все права делать с моей жизнью что угодно, просить меня о любой услуге взамен спасения.

Но что он сделал?! Что сделал этот поехавший вампир?!

— И что он сделал? Ну-ка, расскажи.

— Сказал — живи так, как всегда мечтал, — Дарнэт вдруг не завыл как обычно, а расплакался.

— Эээ! Чего ты сопли распустил? — растерялся Ларри. Плачущим Дарнэта никто в академии ещё не видел ни разу.

— Я ведь даже с вами ехать завтра не должен был, потому что миссия опасная! Хигс мне так и сказал, а я всё равно настоял, потому что нутром чувствую — должен! Обязан! Хоть как-то отплатить за добро!

— Успокойся и сядь! — попросил Ларри, уставший сажать буйного товарища.

— Я понимаю тебя, правда. И это твоё чувство долга и благодарность тоже. Не понимаю другое — чего ты так бесишься в ночь перед отъездом?

— Мне страшно стало! — дрожащим голосом ответил Дарнэт.

— А? — Ванклиф не верил своим ушам.