Чужая здесь, не своя там. Часть вторая

- От досады он потёр лоб.

- Ладно, не переживай. Вот пойдёшь в школу через месяц и там тебе объяснят, научат. Все обязательно поймёшь.

- Надеюсь, - вздохнул Даник.

- Не сомневайся.

Эда Элодия подсуетилась и через пару дней организовала нам список наилучших кандидаток на должность помощницы по дому. Беспокоить и дальше женщину не хотелось, но она сама вызвалась, да ещё и весьма рьяно, хоть и не назойливо. Казалось, что ей действительно было приятно нам помочь.

- Не посоветую я тебе плохого, - соседка похлопала меня по руке, затянутой в перчатку, поэтому я не дернулась.

- Позволь старой женщине просто помочь деткам, оставшимся одним. И как вас только родители смогли оставить?

Спустя еще несколько дней у нас на пороге появились соискательницы. Эда Элодия также вызвалась присутствовать при «собеседовании». Она не была бесцеремонной, она была... ну как квочка, которая беспокоилась о своем выводке. И почему-то нас она быстро приняла за «своих».

- Еще задурят вам головы. Хоть и старалась подобрать не абы кого, но мало ли.

..

В этой ее молниеносной заботе не было навязчивости. Не было чувства, как будто душат и лишают выбора, как я ощущала от эдела Вистара. Была искренняя забота о «цыплятках», оказавшихся без присмотра. И при ней у меня не была желания хорохорится: «я сама справлюсь, я сама все знаю». Ее теплота и внимание были обескураживающими. От такой заботы у меня комок в горле порой возникал.

Совместными усилиями мы выбрали помощницу - женщину по имени Банафрит.

Чем-то она мне напомнила и нашу неожиданную покровительницу: бойкая, активная, в чем-то даже шебутная, но какая-то... душевная, что ли. Наверно, та, которая была нужна нашему тихому болотцу.

Разумеется, я не преминула поинтересоваться у Даника:

- Какая она?

- Искрит, - рассмеялся он.

И даже чуть прищурился, как будто грелся в ее искрах или лучах, как будто даже слепило сияние.

Я теперь частенько спрашивала у Данфера о том или ином человеке: какой он? Было интересно соотнести наши мнения.

Иногда любопытство возникало даже о первых встречных. Меня поражало многообразие оценок и описаний. Все в чем-то разные, в чем-то схожие. Кто-то ярко горел, кто-то был слишком тусклым, чтобы быть интересным. Я и сама иногда пыталась угадывать. Но ответ совпадал в одном случае из десяти.

Следующая неделя прошла... как феерия! Банафрит ураганом пронеслась по дому. Чистотой блестели даже самые укромные уголки, куда я и не догадалась бы заглянуть.