Чужая здесь, не своя там. Часть вторая

Он талантливый мастер-артефактор, добившийся немалых успехов на своем поприще и благодаря этому он обладает и некоторыми привилегиями. М-м-м... на него сложно давить...

- Я прошу всего лишь о просьбе! - заметила я, возмущаясь.

- Просьба такова, что просто так согласия не добиться. Думаешь почему он согласился помочь нам на границе? Деньги, какие-то уступки, привилегии? У него всего этого и без того хватает. Обычный интерес. Проверка своих возможностей. Ему было интересно, нет, даже важно узнать, сможет ли он справиться.

- Думаете, я его не заинтересую... - заключила я.

- Скорее всего нет. Прости, но твои данные слишком скудны, чтобы работать с мастером. Поэтому просить смысла нет, а воздействовать на него не получится.

- За ним кто-то стоит, кто выше вас? - догадалась я.

- Молодец, догадалась. Зачем тебе этот мастер? Может попробуешь поступить в Университет?

- Я подумаю.

- Если что, обращайся. Котелок пройти помочь не смогу, но с остальным - пожалуйста.

Вот из-за котелка я и не могла туда даже пробовать поступать.

- А может попробовать найти другого учителя, если так хочешь заниматься? Что ты в этого уцепилась?

- Других в Геделриме я не знаю. Да и этот самый лучший, вы же знаете.

Вот только какой в этом толк? Силы у меня мало, мастерства нет и не факт, что появится. Но я хочу ещё раз попробовать.

***

В этот раз ни одного осуждающего взгляда не было, когда я пришла на кладбище с белыми розами.

В гранитной вазе у надгробия уже стояли те же белые розы.

- Каждую неделю приносят, - сказала Диль, кивнув на них.

От кого были цветы, я могла бы понять, только взглянув на блондинку. Её руки чуть дрожали, когда она ставила свои цветы в вазу, предварительно заменив в ней воду. С каким-то благоговением Диль прикасалась к белым бутонам. В этот момент глаза её также угасали, как и у матери.

Ровенийские тактично отошли в сторону, оставив меня наедине с подругой.

- Здравствуй, родная.

Я провела рукой по шершавому и холодному камню надгробия. Четкие выгравированные буквы скупо передавали всю ту горечь потери родных. «Мы всегда будем тебя помнить.» Разве можно забыть?..

Шёпотом я разговаривала с ней. Как будто она и впрямь рядом. Поделилась с ней рассказом о последних событиях. Увы, радостного было мало. Но я, казалось, что слышу, будто наяву: «Ты справишься.