Я клянусь тебя беречь

Лучше сделать вид, что ничего не было, – Града разглядывала свои ладони, они почти зажили и немного чесались.

– Ты сможешь сделать такой вид?

– Не я перепутала.

Они опять замолчали. Керро, в целом, был согласен с доводами Грады. Признавал упреки справедливыми. Как ему признаться этой девчонке, что дело шло к отставке и жить в одиночку на гражданке Керро просто испугался. Был одержим желанием вернуть Леону и выяснилось, что у них есть взрослая дочь. Только ничего не получилось. Леона не захотела возвращаться в прошлое.

Сейчас Керро все прекрасно понимал и одобрял ее решение. Слова Антонио о ромашках и розах не мог выкинуть из памяти.

Антонио ошибся, Града не была ромашкой, скорее диким и колючим шиповником. Неприхотливым и с простенькими цветами. На которые никто внимания не обращает. Но Града зацепила Керро так, что не удалось ее забыть. Наверно, потому, что сам Керро тоже не декоративный куст. Когда Града сбежала с орбиты, Керро решил, что и к лучшему. Незачем связывать себя обязательствами. Случайная близость, на удивление, классная, не повод для отношений.

А вскоре обнаружилось, что ночь, проведенная вместе, не выветривается из памяти.

Керро приехал к Мимозе повидаться, но себя он не обманывал. Он хотел увидеть эту диковатую стеснительную секретаршу. Хотел убедиться, ему просто почудилось, что Града стала важной частью его жизни. Граду он не застал, зато убедился, что да, для полноты жизни Грады ему не хватает. И с каждым днем все сильнее. Леона тоже заявилась к Мимозе. А Керро, оказалось, на это плевать.

Когда на его звонок вместо Грады ответил какой-то придурок, он не выдержал. Все бросил, оформил командировку в ближайшую к базе военную часть.

Узнать, где “Эдельвейс”, было минутным делом. Керро уже готовился к марш-броску, когда увидел, что израненную Граду несет на руках какой-то здоровяк. Чуть руки ему не оторвал. Града металась в бреду, иногда бормотала его имя, и все очевиднее становилось, что отдать кому-то эту колючку Керро не готов. Только признаваться в любви он не мастер.

И внимательным и ответственным привык быть только на службе. Подчиненные его ценили.

– Я принесу нам обед. Тебе питаться надо хорошо.

– Я уже могу сама, – Града попыталась встать. Бенни тявкнул.

– Даже щенок понимает, что тебе надо беречь колени. Но я могу отнести тебя в столовую.

– Чтобы все ухмылялись.

– Над генералом? Градди, у военных так не принято.

– Я-то не генерал. Надо мной можно.

– Я не позволю. Но давай здесь пообедаем. Вдвоем.