Двое из ларца прячут мертвеца

Надо узнать, как поступить в Академию: что делать, к кому бежать…

Но, похоже, идти на разведку предстояло прямиком в логово мертвяков. Тело содрогнулась от омерзения с примесью противного липкого страха.

— Я схожу, Ник. Ты, главное, на них не смотри. Просто представь, что они не имеют дел с трупами, — после сказанного Рика посмотрела в сторону, где находилась наша карета и добавила: — К слову, мы сами с ними теперь имеем дело.

От подобного сравнения меня едва не стошнило. Испепеляюще поглядела на Рику и вынула письмо.

Дрожащими руками передала и прикрыла глаза.

— Давай быстрее, меня скоро трясти начнет. Особенно от этих задохликов.

Сестра поспешила все разузнать, а я окунулась в прошлое… И так стало горестно и жутко, что хотелось выть белугой. А не стоять тут истуканом и держать себя в руках.

Отец умер внезапно. Знаю, Рики винит себя в его смерти. Но сестра послужила лишь катализатором неизбежного. Папа болел. Сильно. Не обладая магическим потенциалом, он старел… Как и все люди. А с возрастом проявлялись нажитые болячки.

Мы с Рикардой знали об этом, но все равно не ожидали столь стремительного угасания. Случилась трагедия летом. Тогда еще моросил дождь, и пахло так вкусно: cырой землей, травой и цветущими яблонями. Почти, как сегодня.

Рике строго-настрого отец запретил варить зелья по дряхлому пособию «Природное знахарство», но сестра немного завидовала мне. Я любила мастерить всякое. То маме колечко от головной боли, то папе устойчивую трость, то обод для волос с запахом цветов.

Мои изобретения в то время казались безобидными и кропотливыми. Я могла сидеть над ними неделями, не беспокоя семью. Рики не была такой. Вечно выискивала разные рецепты. Готовила зелья и зачастую подливала их слугам.

— Николь, не переживай. Все, что я варю — здоровья ради. Безобидно, полезно. Без разрушительного эффекта, — говорила всегда сестра, изображая невинность. А, может, и правда верила, что без знаний и навыков может получиться что-то толковое.

Но вот наши немногочисленные слуги, родители и гости не были согласны с Рикой.

Мама однажды после того, как выпила зелье для бодрости, икала три дня. Повариха съела пирог с интересным ингредиентом и на время потеряла обоняние. Конюх так и вовсе стал ржать, как лошадь, после целебного чая Рики.

Папе за неделю до того дождливого дня стало совсем плохо. Голова раскалывалась, конечности немели, сердце билось, словно ненормальное. Мама держалась, как могла. Храбрилась и нас уверяла, что это временно.