Жена Болотного царя

А тот, уверенный, что знаний ему хватит, вызвался лично меня лечить, игнорируя вялые протесты своей неожиданно обретенной пациентки.

— Мне это радости не приносит, — просипела я подавленно. — Ненавижу болеть.

— Сегодня я хотел показать тебе Утопленницу, — не слушая меня, продолжил жаловаться Сэн. — Восхитительное зрелище.

— Не надо мне утопленниц показывать! — всполошилась я. Закашлялась и сдавленно, сквозь кашель, призналась: — Я боюсь мертвецов.

— Утопленница, принцесса, это река, — проворчал эва, помогая мне сесть.

Погладил по спине, каким-то неведомым образом смиряя кашель. — И она крайне… живописна.

— Название…

— Полностью отражает суть. Здесь недалеко есть заводь, каждый год мы находим в ней какого-нибудь человека. Чаще уже утонувшего, но бывают и приятные сюрпризы.

— Знаете, мне не очень хочется на нее смотреть. — Моя богатая фантазия уже подкинула мне незабываемую картину, не пожалев на нее красок: я стою на берегу реки, светит солнышко, в листве деревьев звонко перекликаются птицы, а ленивый речной поток гонит мимо меня раздувшееся тело очередного утопленника…

— Напрасно, — сказал Сэнар.

Больше он к этой теме не возвращался. Только нудным голосом велел мне соблюдать постельный режим (будто я могла бы сама подняться и куда-то пойти), отдыхать, не думать о плохом и пить все, что мне принесут.

Я его слушала, кивала и грустно размышляла о том, что до уборной в случае надобности я смогу добраться только ползком.

— Завтрак тебе принесут, — под конец пообещал он. — Я распоряжусь.

И ушел.

Минут через пятнадцать улыбчивая девушка принесла поднос с едой. Больной мне предстояло съесть какую-то странную кашу не внушающего доверие зеленоватого цвета, заботливо порезанные фрукты… по большей части знакомые, и выпить огромный стакан чего-то желтого и пахнущего лугом. Отвар на вкус оказался весьма неплох. Кто-то расщедрился и от души сдобрил его медом.

Еще через полчаса в комнату ворвалась хмурая Агнэ.

Я как раз успела размазать кашу по тарелке ровным слоем и не знала, чем еще себя занять.

— Что-то случилось?

— Я хотела позавтракать с тобой, но отец запретил, — пожаловалась она.

— Со мной? Зачем?

— Ну как же? Тебе же одиноко! — В голосе ее было столько наивной веры в то, что последние сорок минут я буквально изнывала от одиночества и скуки... я просто не смогла ей признаться, что совсем неплохо провела время.