Лишь тени

— И на фоне нашего обновленного соглашения ты пообещаешь мне не лезть к Паулю, не спускаться в склеп, не открывать рот и не выдавать своих подозрений никому, кроме меня, — строго сказал Шейд. — Есть заинтересованные люди, которые сделают это за тебя…

— Отец Сайгена? — Зоя быстро поняла. — Все же не ты на него напал.

— Не я. Сайген защищал отца, а я — его.

Зоя прижала ладонь к шраму на коже Шейда, так и оставшемуся уродливым напоминанием о хрупкости человеческого тела. В глубине души считала, что он безрассудный псих, что с такой раной взялся сам за иглу, но благоразумно промолчала.

Широкая теплая ладонь накрыла ее пальцы, Шейд поцеловал волосы Зои. Ужасаясь внутри самому себе, что не просто помыслил, а решился сделать предложение девушке, что безумно его волновала. Не имея ничего, в том числе и себя — он принадлежал Сайгену, отойти от него не мог надолго. Но она это знала, объяснять не придется.

— Спи, — шепнула, трогая его длинные ресницы. Обещания он так и не услышал.

Спать. И хотя Шейд знал, что его сейчас разыскивают, что Сайген места себе не находит, а его отец активно перерывает вверх дном город, попутно обзванивая все отели несмотря стрелку часов, подползающую к четырем утра, он закрыл глаза, переплел свои пальцы с пальцами Зои и уснул.

Проснулся от коротких болезненных вдохов. Машинально сжал руку, что держал, еще не соображая, но уже понимая, что дело плохо. Ему потребовалась минута, чтобы отыскать в памяти похожую ситуацию, быстро повернул голову.

— Эйна?

Она дрожала, дышала поверхностно и часто.

Ее лицо раскраснелось, рука, что он держал, тряслась.

— Мне нужно… — облизала пересохшие губы. Ей нужно было думать раньше, но не могла знать, что Шейд окажется таким безупречным донором эмоций. И принять он ничего не мог, и, как помнила, очистить тоже. Шейд уже выпустил ее руку и лихорадочно искал по комнате одежду. — Отведи меня к Аману. В клуб. Он поможет.

И потом ее будет тошнить. Шейд имел возможность теперь убедиться в этом своими глазами. Ничего сейчас не желал больше, чем иметь в кармане систему для переливания.

Отыскав свои вещи, понял, что начинает паниковать, усилием воли сосредоточился на своей одежде, надел штаны, сунул руки в рукава толстовки. Если таков результат его удовольствия, он двести раз подумает прежде чем снова устраивать подобную встречу, не имея с собой медицинского набора для выживания.

— Держись! — сжал на миг виски, оглядывая стопку ее вещей. Как собрался пялить все это на нее, не представлял.