Лишь тени

Защитная реакция сразу отразилась на лице, Зоя вызвала в памяти, сколько он сам скрывает от своих подопечных. А Аман удивленно поднял брови при виде неприкрытого раздражения.

— Аман, — негромко произнес Теуш. Но очень жестко. Поднявшийся было в зале шепоток снова замер. — Это несправедливо. И ты сам понимаешь.

— Я понимаю одно, — не менее сурово прозвучал ответ, — что эмпат, торчащий руками и ногами за гранью, должен прийти ко мне и очиститься. А не тянуть до последнего, пока малейший чмок не превратит его в амебу.

А вот это было заслуженное и дельное замечание. Зоя опустила голову, признавая, что за ней водилась такая упертость. Но потому лишь, что ее прошибало отвращение при одной мысли о чужой крови. Ее стошнило после первого же введения, и улучшений с тех пор не наметилось. Кроме одного раза, с тем незнакомцем.

Ни Аман, ни Пауль не могли сообразить, что в чем трудность. Зоя через силу шутила, что она теперь вампир, когда выходила из туалета бледная и со слезами в глазах.

Не сразу поняла, что ее зовут. Специально для Зои пришлось повторить, так как она зависла в своих размышлениях, пока Адис, крупный парень из гурманов, размахивал ручищей перед ее лицом. С трудом сосредоточилась на его словах.

— Мы вместе, слышишь? С Крайтоном. Завтра.

— Кому запрос? — Адис также не избежал осмотра, но его видимые участки тела не были повреждены. Зоя уставилась на него, отыскивая теперь на его лице признаки осуждения. Из-за Тамис.

Но гурман смотрел ровно, прямо, глаз не прятал.

— Не нам.

Запрос на агонию. Работать будет убийца, а им придется наблюдать. И эта мысль вызвала пронзительное чувство страха. Зоя передернулась от такой перспективы, вдруг увидев перед собой черные матовые глаза. Адис моргнул. На плече Зоя ощутила легкое похлопывание. Атари.

Он даже не показывал своих глубоких ямочек в усмешке, не язвил. Это был жест поддержки.

— Тебе не обязательно смотреть на него. Смотри по сторонам, — посоветовал.

Он бы вызвался заменить ее, но пытки со смертью идут рука об руку. Слишком близко. От убийцы его отделяет отсутствие последней милости для донора. — Тем более для этого вы и идете.

— Кроме эмпатии существует обычное человеческое сострадание. Как с ним быть? — невнятно спросила Зоя.

— Тот человек в любом случае умрет, — ровно произнес Теуш, проводив взглядом прошедшего мимо Сайгена. — Без нас просто чуть позже. Он болен.